"Альфред ван Вогт. Кот! Кот!" - читать интересную книгу автора


Альфред ВАН ВОГТ

КОТ! КОТ!




Вся компания, как обычно, собралась в баре. Кэти делала вид, что
надралась, Тэд изображал идиота, а Мира захохотала на три тона, совсем как
музыкант, настраивающий инструмент. Джонс разговаривал с Гордом своим
обычным властным тоном, а Горд то и дело повторял "угу", словно в самом
деле слушал его. Мортон же старался обратить на себя внимание тем, что
оставался в стороне, в своем кресле, приняв позу интеллектуала.
Никто из них не обратил внимания на небольшого худощавого мужчину,
сидевшего у стойки. Мужчина этот внимательно разглядывал их, однако никто
не смог бы сказать, когда он к ним присоединился и кто его пригласил.
Никому не пришло в голову сказать ему, чтобы он шел своей дорогой.
- Так значит, вы говорили об основных чертах человеческой натуры? -
сказал незнакомец.
- Мы и об этом говорили? - захохотала Мира.
Общий смех не смутил чужака.
- Так получилось, что со мной произошло нечто такое, что могло бы
послужить иллюстрацией этой темы. Однажды, просматривая газету, я
наткнулся на рекламу цирка... На самом верху, - продолжал он, - был
напечатан огромный вопросительный знак, за ним следовали несколько не
менее огромных восклицательных. Потом шел текст:

ЧТО ЭТО ЗА СОЗДАНИЕ?
ЭТО КОТ!
ПРИХОДИТЕ ВЗГЛЯНУТЬ НА КОТА!
НЕЗАБЫВАЕМОЕ ЗРЕЛИЩЕ!
УДИВИТЕЛЬНОЕ ЗРЕЛИЩЕ!
ТОЛЬКО У НАС - В НАШЕМ САЛОНЕ ДИКОВИН!

Внизу буквами поменьше сообщалось, что представляет кота "сам Силки
Тревис".
До этой строчки я читал объявление без особого интереса, но фамилия
заставила меня вскочить.
"О, Боже, - подумал я, - это он! Силки Тревис! Это же он был на
открытке".
Я поспешил к столу и вынул карточку, что пришла с почтой два дня
назад. До сих пор я не обращал на нее внимания. Текст, написанный на
обороте мелкими буквами, был просто бредом, а лицо на снимке, хоть и
знакомое, не вызвало в моей памяти никакого отклика. Снимок представлял
мужчину с маниакальным взглядом, сидящего в небольшой клетке. Сейчас я
заметил в нем сходство с Силки Тревисом, правда, не таким, каким я знал
его пятнадцать лет назад, а более полным и старым - таким он мог быть
сейчас.
Вернувшись в кресло, я задумался о прошлом.