"Илья Варшавский. Биотрангуляция Лёкочки Расплюева (Из сборника "Солнце заходит в Дономаге")" - читать интересную книгу автора

сказал, что симпозиумом может называться любая научная конференция,
если там пьют все, что крепче пива, и все говорят одновременно.
Однако хватит, а то читатель и впрямь заподозрит меня в неуважении
к науке, тогда как моя болтливость попросту вызвана искренней
симпатией к молодому поколению ее служителей.
Итак, мой герой - молодой математик.
По паспорту он - Леонид Расплюев, но волшебница Любовь превратила
это царственное имя в нежное прозвище Лёкочка. Будьте знакомы: Лёкочка
Расплюев, кандидат физико-математических наук.
Я не могу воспользоваться священным правом фантаста и представить
его читателю в рабочем кабинете. Во-первых, он работает в учреждении,
скромно именуемом почтовым ящиком, во-вторых, у него нет кабинета, а
в-третьих, все равно, поглазев на листы бумаги, исчерченные
кабалистическими знаками вперемежку с эскизами женских ножек, вы бы
решительно ничего не поняли. Пусть лучше наше знакомство произойдет в
двухкомнатной кооперативной квартире, когда он готовится покинуть
столицу, дабы принять участие в таинственном симпозиуме на берегах
Куры.
Простите, но я чуть было не позабыл познакомить вас с его женой,
или, как принято называть подруг юных ученых, "системкой". Ее зовут...
ну, конечно, Нонна! Как же еще она может именоваться?!
Элементарная вежливость требует, чтобы мы предоставили ей первое
слово:
- Тебе дать с собой плавки?
- М-м-м-м. - Только при помощи длительной супружеской тренировки
можно распознать в этом простом, как мычание, ответе отрицание.
Впрочем, что же еще следует ждать от человека, пытающегося впихнуть в
портфель вдвое больше вещей, чем он может вместить?
- Тогда возьми еще одну пару трусов.
- Зачем?
- Переодеть после купанья.
- Фу, дьявол! - Лёкочке, наконец, удалось оторвать замок от
портфеля. - Я же тебе двадцать раз повторял, что еду не на курорт, а
работать. Пойми, что за десять дней... А где же бритва?
- Я ее положила в чемодан, под пижаму.
- М-м-м-м.
Лёкочка принялся выгребать на свет содержимое портфеля.
Несколько минут он в глубоком раздумье глядел на толстую
коленкоровую папку.
- Нонна!
- Ау!
- Тут ко мне один тип зайдет за этой папкой, так ты не говори, что
я уехал.
- Почему?
- Есть соображения. Скажи, что ушел, а папку просил передать.
- Хорошо.
- И вообще не трепли про симпозиум, не положено.
- Хорошо, Лёкочка.
- Вот так. - Лёкочка затянул портфель ремнем, подхватил чемодан и,
запечатлев на губах Нонны рассеянный поцелуй, направился к двери. -