"Саймон Винчестер "Переход"" - читать интересную книгу автора

возможности такого предприятия.
"Может, тебе и повезет, - смерив меня взглядом, говорили они. - Если
только на северном острове Элсмир установится погода, печально известная в
Арктике своим непостоянством, если только все местные полярные медведи и
волки будут сыты и настроены благосклонно, если только хватит сил и
здоровья тащить на себе все необходимые запасы еды, горючего, палатки и
спальные мешки во время перехода, который со всеми поворотами и изгибами
составит около 180 миль по чрезвычайно трудному маршруту, - если все это
учесть - то да, возможно получится.
Кроме одного. Вас подстерегает большая проблема - Переход Через Гилман.
Что?
Переход в июле? Мы не ослышались? Ну, тогда это действительно,
Действительно Большая Проблема. Потоки летней талой воды. Крутые пороги.
Очень холодно. Очень глубоко. Ужасно быстро. Ну, уж нет! - сказали все как
один. - Кто-нибудь другой, только не я."
Я был поглощен мыслью об этой труднопроходимой реке, когда наш "Твин
Оттер"1) подпрыгнул на восходящем потоке воздуха, а затем сделал вираж под
облаками, родившимися над озером Хейзен. Это отчасти притупило мое
впечатление от вида, который, по признанию всех летевших, был несказанно
красив.
Слева от нас, снежным гребнем на фоне голубого полярного неба отчетливо
выделялся горный хребет Юнайтед Стейтс, покрытый бесчисленными ледниками,
которые жадно тянулись вниз, к долине, своими огромными языками. Один из
них, если верить карте, был ледником Гилмана, названным так одним
американцем, первоисследователем этих земель еще в прошлом веке в честь
первого ректора Университета Джонса Хопкинса2). Ледяной язык превращался в
стремительный поток реки Гилман, с высоты выглядевшей широкой
серовато-белесой лентой, которая, казалось, с грохотом артиллерийского
огня срывалась вниз, в узкое ущелье, растянувшись примерно миль на 15,
прежде чем раскинуться веером мелких речушек, стекающих в озеро, забитое
плавающими льдинами.
Эта картина промелькнула у меня перед глазами, прежде чем поток остался
позади и самолет начал медленно снижаться в направлении Форт-Конгера.
Какая бы опасность не таилась в этой реке - она все еще впереди. До реки
было еще по меньшей мере шесть дней пути, на котором , как я догадывался,
нас подстерегают и другие препятствия, неожиданные и непредвиденные. Но мы
все преодолеем и будем идти только вперед, сжигая все мосты, хотя,
конечно, никаких мостов там нет и в помине.
В Форт-Конгер меня толкало любопытство. Интерес возник уже давно под
впечатлением, которое оказал на меня один из самых горьких эпизодов в
истории этого края, само существование которого явилось причиной больших
страданий и бесчисленных трагедий. Однако среди других несчастий эта
грустная история оставила какой-то особенный, печальный след в душе.
Летом 1881 года туда прибыла команда из 25 американских солдат, чтобы
собрать данные для научных исследований и выяснить, пригоден ли остров
Элсмир для американской колонизации. Они основали небольшое поселение,
назвав его Конгер в честь одного тупого мичиганского сенатора,
проголосовавшего за отправку экспедиции, и предполагали пробыть там около
двух лет до окончания всех работ.
Однако им совершенно не везло. Судно, которое должно было бы пополнить