"Райдо Витич. Испытание на зрелость" - читать интересную книгу автора

Райдо Витич

Испытание на зрелость

Глава 1

Эйша - испытание на зрелость. Проверка.
Эйша - странная традиция, по мне, архаичная и глупая, но я сын своих
родителей и не мне вдруг бунтовать против сложившихся веками ритуалов. В
конце концов, сегодня мы видим одно, а завтра оно, ничуть не изменившись,
изменит нас, изменится в наших глазах и умах. Такова жизнь.
Каждый мужчина из нашего клана, дожив до двадцать первого цикла, обязан
был пройти эйшу и потратить минимум три цикла на жизнь вне дома, вне Родины.
"Это расширяет кругозор", - с насмешкой заявил мне Эслох, провожая в
путь. Ему что, он свою эйшу закончил, а мне моя за каким нечистым?
Может и глупый обряд, но из цикла в цикл он уводил из клана юнцов и
приводил мужчин. Значит не мне идти поперек, не мне восставать против
традиций.
А признаться очень хотелось.
Я сплюнул шелуху от семечек в кулак, разглядывая сержанта: паршивый
человек, и запах от него паршивый. Больше года я прожил с такими как он,
потратил часть своей жизни на этих существ, что мнят себя единственно
властными над жизнью и природой, и понял одно - человеческая цивилизация
хоть и заняла всю галактику, но по-прежнему осталась адданами третьего
уровня. Одна плоскость, в которой они так стремились властвовать, не
расширяла их границы самосознания, но повышала самолюбие и мнительность.
Только.
Чтобы узнать, что из себя представляют люди, можно было потратить в
четыре раза времени меньше, чем я уже потратил. Но эйша!
Сержант внимательно ознакомился с моим направлением и подозвал
капитана, женщину. О, это, пожалуй, самые любопытные особи в сообщности
человеческой. Они умеют чувствовать, но ни черта не умеют складывать, и их
интуитивное бесплодно ворочается в душах, мутя энергетику, рождая конфликты
в себе и с окружающими, но так и не может ничего родить - разум не
позволяет. Забавно.
Эта тоже оглядела меня неприязненным взглядом, но, почувствовав
неуютность, лишь уткнулась в предписной лист, решив там получить ответы на
свои незаданные вопросы. А их там как раз нет - во мне они, в ней.
- Кайдрик Оша, рядовой, - смерила повторным изучающе-неприязненным
взглядом.
Эх, женщина, ума б тебе ваших мужчин и прочь все границы, в кои забита
с рождения - все бы и сошлось. А сверять мою фамилию и имя, понятное только
человеку, для оного же и переведенное на примитивный язык - дело
бесперспективное.
- Почему к нам?
- Понятия не имею. Направили - прибыл.
Женщина буквально вцепилась взглядом в мои глаза, но в них ты ничего не
найдешь, милая - мысленно фыркнул я.
Я ей не нравился, я тревожил ее, вызывая немотивированное беспокойство.
Но что она сделает, не сложив элементарное? Могу поспорить на собственную