"Мирон Володин. Бумажные игрушки" - читать интересную книгу автора

Он ни за что не посмел бы остановить его, как какого-то бедолагу,
надеющегося получить работу, или даже просто заговорить, если бы тот сам не
обратился к нему с вопросом.
- Простите, милейший. Если мне память не изменяет, на этом месте должен
находиться стекольный завод, - он с неизбежным разочарованием кинул взгляд
на захламленный двор, превращенный в свалку металлолома, будто и не
фабричный двор, а задворки какой-нибудь артели.
После подтверждения он спросил снова:
- В таком случае, как мне найти пана Станислава Зёлецкого?
- О, это... - вахтер пустился в подробные объяснения, абсолютно
излишние, поскольку все офисные помещения находились в административном
корпусе, единственном презентабельном на фоне обветшалых производственных
строений.
Несмотря ни на что молодой человек терпеливо дослушал его до конца и
поблагодарил не просто кивком, а как равного себе. Теперь уж вахтер был
готов сам проводить его к директорской приемной. Впрочем, молодой человек
достаточно уверенно нашел ее и так. Кажется, единственной причиной, по
которой пан Зёлецкий принимал в кабинете директора, а не в собственном
офисе, был простор: в приемной можно было устраивать сборища. Наверное, ее и
топтали грязными сапогами недовольные рабочие, требуя повышения заработной
платы. Обстановка отличалась предельной скромностью. Только пара кожаных
кресел с резными ножками и треснувшей обшивкой плюс видавший виды журнальный
столик для посетителей сохранились еще с лучших времен. Из-за ножек их,
конечно, и оставили. Пока секретарша болтала по телефону, он старался найти
место, в котором паркет своим безжалостным скрипом не глушил бы слова.
В тот момент, когда так совпало, что он замер на одном месте, а
секретарша, цветущая женщина с мужеподобным лицом и телом взяла паузу,
прислушиваясь к голосу в трубке, откуда-то донесся очень знакомый звук,
которому гость, однако, не поверил - с первого раза. Но звук повторился, и
он поискал глазами источник. Нет, он не ошибся: между столом секретарши и
стеной находилась корзина, полуприкрытая дерюгой, из нее-то и доносился
цыплячий хор.
Секретарша постаралась оторваться от телефона - внешность гостя и тут
произвела эффект - и прощебетала невероятно мягким тоном, как для фермерши:
- Слушаю пана.
- Я к пану Зёлецкому, - повторил гость. - Мы с ним уговорились о
встрече. Сообщите, пожалуйста, меня зовут Марьян Либущинский.
Он так и произнес: Марьян, а не Марьюш, как говорили в Великопольше.
Славянское воспитание! Но секретарша уже качала головой.
- Извините, но у пана Зёлецкого только что началось совещание. Вам
придется подождать, - она указала на угол с ободранными кожаными креслами.
Марьян устроился за журнальным столиком и, чтобы не смущать фермершу,
взял в руки газету.
Он пожалел, что не договорился с Зёлецким на конкретное время, хотя, с
другой стороны, это позволило ему хорошенько выспаться после долгого пути.
Сегодня он вволю понежился в фамильной кровати, тогда как любые
обязательства непременно внесли бы нервозность. Да и собственно, куда ему
спешить? Он дома, это вам не Оксфорд с его сжатым расписанием.
Марьян поудобнее расположился в кресле и лениво пробежался по
заголовкам газетных полос. Пресса нагоняла на него тоску. Все первые полосы