"Никита Воронов, Дмитрий Петров. Огненный лис " - читать интересную книгу автора

расклад был не самым удачным.
"Баку"... Ну, тут все ясно! "Демьянова уха" на два дня заказана
молодожены Спорыхины справляют свадьбу, а в "Север" завезли какую-то
официальную делегацию с Ближнего Востока.
"Тройка" закрыта на спецобслуживание, полутемную "Розу ветров" на
Московском и пивбар "Висла" оккупировала местная шпана, от которой не то что
чаевых - платы за проезд не дождешься.
Что же поделаешь?
Впрочем, на примете у бывалого таксиста оставался по меньшей мере еще
один, далеко не первоклассный, но вполне приличный ресторан - "Нарва".
Как раз в тот дождливый вечер, о котором идет речь, за угловым столиком
упомянутого заведения беседовали двое пожилых мужчин. Судя по нелепым позам
и невнятной речи, сидели они здесь уже достаточно давно и успели изрядно
подвыпить.
Один из них, в светло-сером клетчатом костюме пошива фабрики
Володарского, полулежал на залитой коньяком и селедочным рассолом скатерти,
чуть ли не уткнувшись носом в горчицу. Другой, одетый в строгую и дорогую
чехословацкую "тройку", скособочился рядом, то и дело хватая себя за
пуговицу на брюках и вздрагивая от икоты.
Остальные посетители смотрелись немногим лучше.
За четвертым от входа длинным столом разнополая кампания изо всех сил
горланила что-то разухабистое и не очень приличное. Ближе к сцене под еле
слышную из-за этого мелодию Юрия Антонова козлом скакал товарищ без пиджака
и галсука, но с расстегнутой ширинкой.
Пузатенький штурман торгового флота тащил к гардеробу сразу двух
сомлевших от шампанского девиц в коротких блестящих платьях, а швейцар
Кузьмич при выходе бойко приторговывал импортными презервативами, "порнухой"
и водкой на вынос.
За кафельной стенкой гремели кастрюлями и ножами красномордые поварихи,
там же уборщица Клавдия готовила к предстоящей работе нехитрый свой
инвентарь: вонючую тряпку, швабру и старое семилитровое ведро.
Словом, вечерняя жизнь в ресторане "Нарва" привычно бурлила, когда
откуда-то с середины зала полслышался звук бьющейся посуды и окрик
официанта.
Хотя окрик этот адресовался вовсе не ему, тот из мужчин, что был одет
поприличнее, сдвинул брови и попытался сосредоточить взгляд на собеседнике:
- Слышишь, Сема? Я тебя л-люблю. И уважаю!
- Н-ну, - не сразу, но согласился тот, кого назвали Семой.
- Если бы ты не помог моему оболтусу - ему бы уже никто не помог,
понял? Я же их всех обегал, всех обзвонил...
Неожиданно мысли говорящего скатились куда-то на обочину, и он осекся,
уперев выпученные, красные глаза в противоположный угол зала. Затем неловко
погрозил кулаком в сторону занявших двухместный администраторский столик
панков:
- У-у, вырожденцы!
Одетая в вызывающую рванину парочка переглянулась, но ничего не
ответила.
- То-то же, - удовлетворенно качнулся на стуле мужчина в "тройке" и для
пущего эффекта показал своим молчаливым оппонентам язык. Затем вновь
обернулся к приятелю: