"Александр Владимиров. Волонтер: Нарушая приказы (Золотарь его величества - 2) " - читать интересную книгу автора

"Неужели жизнь кончилась, неужели все ушло в прошлое? Все что осталось
это только - титул, - размышлял Андрей, - да единственный друг - князь
Квятковский. Интересно где он? И увижу ли я его? А ведь как все
начиналось..."
Тут граф вспомнил тот день, когда будучи еще бизнесменом, попал в
прошлое. По глупости согласился стать золотарем. Умирал, служил, поднимался
на воздушном шаре в небо, и даже два раза правил городом. Сначала в качестве
регента при царевиче Алексее - Шлиссельбургом, потом уже в звании
коменданта - Нарвой. И вот в одночасье все кончилось, все рухнуло и полетело
вниз.
"Да, что же ты нюни распустил, - мысленно осадил себя граф, - тогда не
паниковал, а теперь руки готов на себя наложить. Начнем все с начала, с
чистого в какой-то мере, листа".
Он посмотрел на супругу и подмигнул. Марта удивленно взглянула на
Андрея. Все же она в нем не ошибалась. Супруг вряд ли бросит ее в трудную
минуту и попытается все сделать для того, чтобы вернуться на прежние
позиции. У графа много идей, а это в их ситуации самое главное. Лишь бы
только он сперва думал, а уж потом нарушал приказы. Да не кого-нибудь, а
самого царя.
Ведь все неприятности начались, когда граф Андрей Золотарев несколько
месяцев назад нарушил приказ государя. Случилось это так...

Солнце в середине июля тысяча семьсот седьмого года, словно не на
шутку разыгралось, даже прохладный ветер с Балтики не в силах был избавить
побережье от палящего зноя.
- Ну, и жара, - проговорила Марта, входя в кабинет своего мужа.
Комендант Нарвы оторвал свой взгляд от бумаг, вытер платочком
проступивший на лбу пот и вздохнул:
- Против природы мы пока бессильны.
Это в будущем должны были появиться кондиционеры и прочие прелести
технологического мира. Андрес это еще не забыл, а может, правильнее было
сказать - еще помнил. Проклятая привычка, оставшаяся от двадцать первого
века, постоянно заставляла его руку, то и дело, автоматически искать пульт
дистанционного управления. Его супруге было на много проще. Уроженка
семнадцатого-восемнадцатого века она не знала прелестей технологий будущего,
поэтому и жару переносила куда спокойнее.
- Приходится терпеть, - произнес комендант.
Ларсон на минуту отогнал все мысли связанные с погодой и работой,
окинул взглядом жену. Выглядела она (отметил Андрес про себя) на все сто.
Черные длинные волосы падали космами на плечи, на шее - ожерелье из
кораллов, что куплены были им, несколько месяцев назад, когда по повелению
Петра Алексеевича ездил в Санкт-Петербург. Но больше всего в ней ему
нравились ее карие очи. Эти глаза, словно рентген, иногда казалось Андресу,
прорезали его насквозь, будто видя в нем душу. Голос же у Марты был сладкий
и мелодичный, когда женщина говорила, он забывал, как оказался в этой эпохе,
начиная думать, что и в самом деле родился здесь. Ее фигура не изменилась с
момента их знакомства. Рождение детей (сына и дочери) не оставили на ней ни
следа.
Между тем Марта проскользнула по кабинету прямо окну, распахнула его.
Ветер ворвался в помещение, своей силой скинул со стола несколько листков