"Джон Уиндем. Большой простофиля" - читать интересную книгу автора

Джон Уиндем.

Большой простофиля


Этот файл с книжной полки Несененко Алексея
http://www.geocities.com/SoHo/Exhibit/4256/


- Знаешь, - с удовлетворенным видом воскликнул Стефен, - если запустить
эту ленту таким вот образом, мы услышим мой голос, только шиворот-навыворот.
Дайлис отложила книгу, взглянула на мужа. На столе перед ним стояли
магнитофон, усилитель и всякие другие мелочи. Путаница проводов соединяла
все это между собой, со штепсельной розеткой, с огромным репродуктором в
углу и с наушниками на голове Стефена. Куски магнитофонной ленты устилали
пол.
- Новое достижение науки, - холодно сказала Дайлис. - По-моему, ты
собирался всего-навсего подправить запись вчерашней вечеринки и послать
Майре. Она ей очень нужна, я уверена, только без всех этих фокусов.
- Да, но эта мысль пришла мне в голову только что!..
- Боже, посмотри, что ты тут натворил! Словно здесь устраивали бал
телеграфной аппаратуры. Что хоть это такое?
Стефен поглядел на обрывки и кольца магнитофонной ленты.
- О, здесь записано, как все вдруг принимаются говорить разом, есть
куски нудного рассказа, который Чарльз вечно всем навязывает... Есть
нескромности... и всякая всячина...
- Судя по записи, нескромностей на этой вечеринке было гораздо больше,
чем нам тогда казалось, - сказала она. - Прибери-ка ты тут, пока я
приготовлю чай.
- Но почему бы тебе не прослушать пленку? - воскликнул Стефен.
Дайлис остановилась в дверях.
- Ну, скажи на милость, с какой стати я должна слушать твой голос да
еще шиворот-навыворот? - спросила она и вышла.
Оставшись один, Стефен не стал наводить порядок. Вместо этого он нажал
пусковую кнопку и стал с интересом слушать забавную белиберду - запись его
собственного голоса, запущенную задом наперед. Потом он выключил магнитофон,
снял наушники и переключил звук на репродуктор. Он заметил, что, хотя в
интонациях голоса сохранялось что-то европейское, разобрать это в каскаде
бессмысленных звуков было нелегко. Ради опыта Стефен вдвое сократил скорость
и увеличил громкость. Голос, теперь на октаву ниже, принялся выводить
глубокие, раздумчивые, невероятные звукосочетания. Стефен одобрительно
кивнул и откинул голову назад, вслушиваясь в сочное рокотание.
Вдруг раздался шипящий звук, как будто паровоз выпустил струю сжатого
пара, и налетела волна теплого воздуха, пахнувшего горячим шлаком.
От неожиданности Стефен подпрыгнул и чуть не перевернул стул.
Опомнившись, он схватился за магнитофон, поспешно нажимая кнопки, щелкая
переключателями. Сразу замолк репродуктор. Стефен с беспокойством обследовал
аппаратуру в поисках повреждения, но все было в порядке. Он вздохнул с
облегчением, и именно в этот момент каким-то непонятным образом
почувствовал, что он уже не один в комнате. Стефен резко повернулся. Челюсть