"Степан Злобин. Пропавшие без вести, часть 2 " - читать интересную книгу автора

или не сволочь?.."
Кто-то неслышно подполз к Анатолию, пробираясь между лежавшими на земле
пленниками, и привалился к нему вплотную.
- Товарищ майор, - прошептал он над самым ухом, - я в темноте тут
сползал в кусты, пошарил, вот гимнастерочку вам подобрал и брюки. Хоть на
мокрое натяните - согреетесь.
Бурнин узнал бойца из охраны штаба дивизии, Силантия Собакина, ощупал
одежду, которую тот принес...
- Да это же не моя гимнастерка! - шепнул он.
- А мы к коммунизму идем, товарищ майор, вы не думайте чья. У нас
теперь общее все, в таком положеньишке.
"И откуда он силы находит еще зубоскалить? - подумал Бурнин. - Видно,
для этого малого нет "проклятых" вопросов!.. Счастливец!"
- Ты мне покажи, в какой стороне барахло. Я поползу, все-таки поищу там
свою гимнастерку, - шепнул Бурнин.
- Не жалейте своей гимнастерки, товарищ майор. Черт с ней! В такой
обстановке даже лучше без "шпал", - говорил Силантий. - Ведь мне повезло,
что я прополз. А вдруг да заметят? Убьют за пятак!
- Да я не о "шпалах"! - сказал Бурнин. - Там, в гимнастерке...
- Знаю. Вытащил, - прошептал боец и отдал ему гребенку и партийный
билет.
Анатолий, лежа, кое-как натянул на себя сухое...
Они попали в плен, когда переплыли речку. Немцы следили за ними из
засады на берегу. Они не успели одеться, когда раздался зловещий крик.
"Хенде хох!" Попали, как куры во щи...
Одеться им не дали, в мокром белье отогнали от берега и заставили
лечь... Значит, Силантий ползал туда, рискуя жизнью... Вот ты и угадай
человека!
Согреваясь под шинелью рядом с Силантием, Анатолий снова и снова думал
о том, что выстрел в висок был бы, конечно, самым коротким выходом из
создавшегося положения, но уж наверно не самым разумным и не самым
партийным, особенно если удастся бежать и снова сражаться...
"Деревянная пешка, когда ее снимают с доски, выходит из всякой
борьбы, - думал Бурнин. - Но как же смеет живой человек приравнять себя к
деревянной пешке?! Ведь гитлеровцы не смогут приставить к каждому пленному
особого конвоира... Дам ходу в овражек - попробуй достань по кустам!
Погонишься? Черта с два! Пулей меня достанешь? Ну, значит, твоя удача, а не
достал - так моя!.."
- Я больше, товарищ майор, вас не стану по званию величать, - зашептал
после молчаливого раздумья Собакин. - Скажем так: вы - нашего взвода боец
Вася там или Коля Ватрушкин, что ли...
- Люди-то знают меня! - возразил Анатолий.
- А что ж, не наши, что ли! Свои-то не выдадут, - возразил Силантий. -
А то, говорят, у немца обычай такой - командиров ведут под особой охраной.
Тебе она на кой хрен, для почета, что ли, такая охрана!..
- Да что ты, дядя Силан! На кой хрен! Конечно, не надо фашистских
солдат утруждать! - в тон ему ответил Бурнин - Ну, зови Анатолькой меня,
земляками будем, одной деревни.
- А я ведь не из деревни. Я пензенский, городской! - возразил Силантий.
- И я, значит, пензенский, городской, - согласился Бурнин. - Давай