"Роман Злотников. Орел взмывает ввысь ("Царь Федор" #3)" - читать интересную книгу автора

знали свое место. Тихонько доплывали до Риги и сбывали весь свой товар
местным купцам. А куда деваться - таковы законы! Ну а с другой стороны
Балтики приплывали собратья-ганзейцы и тут же весь товар у рижских купцов и
покупали. Вот это было время... И плыть никуда не надо - и прибыль в
кошельках знатная! Впрочем, при поляках тоже было куда ни шло, поляки же
тоже славяне и потому, так же как и русские, совершенно неспособны к
торговле. Поэтому им все равно приходилось обращаться за помощью к купцам
славного немецкого города Риги. Да и шведы вначале вели себя как приличные
люди. А вот когда покойный шведский король Густав II Адольф надумал
ввязаться в не так уж давно закончившуюся войну в Германии, которую все уже
начали называть Тридцатилетней, все и началась...
- Бей! Бей! - заорала толпа, и Отто натужно подхватил общий крик,
потрясая над головой палкой.
Уф, вроде добрались. Ты смотри, затаились... вон окна-то все ставнями
закрыты. Циммерман злобно перекосил рот. Ну, варвары и еретики-ортодоксы,
держитесь. Сейчас, сейчас отольются вам все наши слезы... Где ж это такое
видано - честного немецкого купца законной прибыли лишать! С тех пор как
русские с попустительства шведского канцлера захватили в свои грязные лапы
всю восточную балтийскую торговлю, на долю рижского купечества оставались
жалкие крохи. Эти наглые русские предпочитали торговать с немцами,
датчанами, голландцами, французами и англичанами самостоятельно, без
посредников. Это ж уму непостижимо! Ну когда такое было-то?! А все их царь!
Русские испокон веку были холопами. И таковыми и остались! Так что когда их
царь пожелал, чтобы русские купцы начали торговать самостоятельно, те, вот
ведь идиоты, из своего холопского рвения тут же кинулись рабски исполнять
волю своего господина. Ну не дураки ли? Ведь совершенно ясно, что ничего у
них не получится. И что все вокруг их вовсю обманывают, обсчитывают и
шельмуют... жаль только, что такие возможности проходят мимо достойных
рижских купцов. При этой мысли Отто зло ощерился и, подскочив к ближайшему
аккуратному домику, с размаху опустил палку на запертую дверь. Потом еще раз
и еще... А после пятого удара из-за двери послышался дрожащий, испуганный
голос:
- Что нужно господину?
Циммерман замер. Вопрос был задан на немецком языке.
- Кто здесь? - недовольно спросил он, опуская палку.
- Я Марта Штайн, экономка.
Отто недоуменно огляделся. Толпа рассыпалась на небольшие группки,
которые увлеченно ломились в двери и окна притихших домов. Шагах в двадцати
дальше, на противоположной стороне улицы, троим налетчикам удалось вырвать
одну из петель ставни, и сейчас они увлеченно выламывали оную, собираясь
проникнуть в дом через окно. У большинства остальных успехи были куда
скромнее. Ну еще бы, с таким оружием, как у них, штурмовать добротные
каменные и деревянные дома, построенные таким образом, чтобы защититься от
ночных грабителей, было сложно... Но удивление вызывало не это. А то, что
рядом с Циммерманом не было никого. Отто насторожился. Похоже, это
неспроста.
- А чей это дом, Марта?
- Господина Легери.
- Легери? - Циммерман наморщил лоб.
Легери... Легери... Где-то он уже слышал эту фамилию. О-о, Легери! Отто