"Почти дневник (Статьи, очерки)" - читать интересную книгу автора (Катаев Валентин Петрович)НЕЗАБЫВАЕМЫЙ ДЕНЬМы взошли на крыльцо и стряхнули веничком снег с ботинок. В избе стоял синий свет зимних сумерек. Бревенчатые стены. Зеркало под полотенцем. Рыночная копия с шишкинского леса. Зелень комнатных растений. Икона. Под нею квадратный дубовый стол на толстых ножках. Камчатная скатерть. Над столом электрическая лампочка с прилаженным к ней зеленым стеклянным абажуром. Портрет Ленина. М.Ф.Шульгина, высокая красивая старуха с тонким белым лицом, впустила нас в комнату. - Милости просим. Присаживайтесь. Мы сели. Она пошла в соседнюю горницу и через некоторое время вернулась, держа в сухих, тонких руках "венский" стул. Это был обыкновенный, дешевый, "венский" стул - черный, облезший от времени. Она поставила его вверх ножками. На оборотной стороне круглого сиденья было написано карандашом: "На настоящем стуле 9 января 1921 года сидел т.Ленин на общем собрании деревни Горки в доме В.Шульгина". Семнадцать лет прошло с того дня. И вот в той самой избе, за тем самым столом, за которым тогда сидел Ленин, собралась группа колхозников деревни Горки, ныне колхоза Горки имени Владимира Ильича Ленина. Их четверо: Алексей Иванович Буянов, Марья Федоровна Шульгина, Алексей Михайлович Шурыгин, Марья Кирилловна Бендерина. Они вспоминают этот незабываемый день. Все было очень просто. Товарищ Ленин жил под Москвой, в двух верстах от деревни, в совхозе. Крестьяне решили пригласить товарища Ленина к себе в деревню "поговорить о жизни". Два человека, представители общества, отправились к Ленину. Он принял их моментально, выслушал просьбу и тут же деловито назначил день и час встречи: 9 января, в шесть часов вечера. Ровно в шесть часов вечера 9 января по новому стилю (а по старому стилю 27 декабря 1920 г.) возле избы крестьянина В.А.Шульгина, самой просторной избы в деревне, остановились сани парой, из которых вылез небольшой, коренастый человек в шубе. - Вот здесь вот, подле окна, сел Владимир Ильич, а рядом с ним села Надежда Константиновна, - сказала хозяйка избы М.Ф.Шульгина, показывая на стулья, на стол, на окна, не торопясь, как бы вызывая в памяти своей давнюю, но дорогую картину. - Владимир Ильич снял шубу и приладил ее на спинку стула, к окну, чтоб не дуло сзади, - прибавил А.М.Шурыгин. А.И.Буянов ласково, задумчиво улыбнулся: - В таком простеньком, знаете, сереньком костюмчике, в галстуке... облокотился на этот самый вот стол, оглядел всех и прищурился, словно прицелился... - А народу набилось в комнату человек восемьдесят, да еще человек двести не взошло, и они стояли снаружи, на улице, заглядывая в окна. - И начались разговоры? - Разговоры?.. Да как вам сказать... Собственно, это нельзя назвать "разговоры". Нам Владимир Ильич прежде всего сделал доклад о международном и внутреннем положении. Мы ведь в то время, знаете, если правду сказать, насчет политики были ни бэ ни мэ. И вот Владимир Ильич сделал нам обстоятельный доклад. Часа полтора говорил. Все затронул. Все вопросы. И знаете, так просто говорил, так ясно, понятно. Он говорил о том, что крестьяне должны объединяться в товарищества (артели), что надо всячески поддерживать родную Красную Армию, что не следует бояться трудностей, неполадок, а надо смело вмешиваться в управление государством, искоренять пережитки старого режима - взяточничество, бюрократизм, косность, лень, безграмотность... Мы все слушали его затаив дыхание... - А как раз был третий день рождества. В некоторых избах готовились вечеринки. И представьте себе, ни одни человек не ушел домой, пока не кончилось собрание... - Потом завязалась общая беседа. Но опять-таки то не была беспорядочная болтовня, а вопросы и ответы в строгом порядке, коротко, деловито, серьезно. И записывалось все в протокол. Честь по чести. - Ну конечно, не обошлось без смеха. Вдруг посреди этого серьезного государственного разговора берет слово Соловьев. Портной. Он уже умер. Берет слово Соловьев и спрашивает Владимира Ильича: дескать, как мне при теперешнем состоянии транспорта перевезти из Саратовской губернии свои подушки? - Весь народ, конечно, так и повалился от хохота. Соловьев тут же понял, что сморозил глупость, покраснел как рак... А Владимир Ильич только на него бегло взглянул, еле заметно усмехнулся и сделал вид, что не расслышал. Перешел к другим вопросам. Не захотел человека окончательно сконфузить перед обществом. Очень деликатно поступил Владимир Ильич. И мы сразу поняли ту деликатность и очень оценили ее. - И электричество нам Владимир Ильич помог провести, - сказала хозяйка. - Тогда у нас еще электричества не было. Товарищ Ленин сам внес предложение, чтобы в нашу деревню провели электричество из совхоза. И тут же вынесли постановление провести в деревне электричество. И вот с тех пор, видите, как у нас в деревне светло. Тоже нам память об Ильиче. - Никакой мелочью не гнушался Владимир Ильич, - заметил А.И.Буянов. - Я как раз в то время служил в Красной Армии и был в отпуску. И хозяйство у меня было очень бедное, а изба совсем развалилась. Я просил в земельном управлении, чтобы мне дали избу. А они там волынили и не давали. Вот я, пользуясь случаем, и обратился к товарищу Ленину. Он выслушал меня внимательно и спросил народ: "Правильно он говорит?" - "Правильно". Тогда Ленин попросил секретаря записать в протокол, чтобы мне дали избу. И дали. А через некоторое время везу я через лес строительные материалы для своей новой избы. Встречаю Ленина. Идет Ленин с ружьем. Сразу меня узнал. "Здравствуйте, товарищ Ленин". - "Здравствуйте, товарищ Буянов. Ну как, дали вам избу?" - "Дали. Вот материал везу". - "Ну вот, видите, говорит, надо уметь на них нажать..." И усмехнулся... Часа три-четыре продолжалось незабываемое собрание. На прощание товарищ Ленин сказал: - До свиданья, товарищи. Подождите немного. Скоро, очень скоро у нас наступит замечательная жизнь. Сейчас мимо избы, где семнадцать лет назад Ленин говорил с крестьянами о будущей замечательной жизни, тянется великолепное асфальтовое шоссе. Мелькают автомобили. Над снегами четко рисуются силуэты мачт для передачи тока высокого напряжения. В совхозе имени В.И.Ленина выстроена изумительная школа-десятилетка: громадные окна, паровое отопление, блеск паркета, чистота, уют... И веселые ребята выбегают после уроков в "парк пионеров", где за оснеженными елями садится дымное, морозное солнце... 1938 |
||
|
© 2026 Библиотека RealLib.org
(support [a t] reallib.org) |