"Свет обратной стороны звезд" - читать интересную книгу автора (Петров Александр)

Пролог ДЕНЬ МОРОНСКОЙ ВЕДЬМЫ

14 Апреля 10564 по н.с. 16 ч. 24 мин. Единого времени. Искусственная реальность «Мир небесных грез».

Зеленый простор плыл сквозь дрему летнего полудня. Ласковый, теплый свет лился с ясного, пронзительно голубого неба. Едва ощутимый ветерок гладил кроны деревьев, заставляя листву покачиваться и тихонько звенеть в такт осторожной ласке невидимой руки. В траве стрекотали кузнечики. Пел жаворонок. В озерах лениво шевелили плавниками сонные рыбы. В глубокой бездне высоты неспешно парили орлы.

В центре равнины, над самой травой скользила металлическая тарелка метров 15 в диаметре. От нее растекались волны негромкой музыки. Поверхность «тарелки» плавно переливалась радужными, яркими цветами в такт льющейся мелодии.

На плоской спине аппарата под пляжным зонтом располагался легкий столик с едой и напитками. Рядом помещался старомодный матерчатый шезлонг.

В нем уютно устроилась светловолосая, загорелая девушка, в футболке и шортах. Девушка была молода, свежа и привлекательна.

На вид ей было не больше 20 лет, а беззаботная улыбка, открывающая белоснежные правильные зубы делала ее совсем девчонкой.

По прихоти юной красавицы полдень длился уже много часов подряд. В этом уголке реальности она была абсолютной хозяйкой. Ей повиновались и светило, и земля, и все на ней живущее.

Девушка убрала парящих высоко в небе пернатых хищников и выпустила громадную стаю белых как снег голубей. Птицы начали сложный танец, разворачиваясь и перестраиваясь, разлетаясь и слетаясь как белоснежный, вспыхивающий на небе фейерверк.

Она подумала, что вечером, когда стемнеет, надо устроить настоящую огневую потеху, наподобие тех, какими развлекали ее когда-то подданные отца. Так, чтобы хлопало и грохало по настоящему, а в небе плыли клубы дыма от сгоревшего пороха.

Словно услышав ее мысли, в зените появились облака, принимая форму человеческой головы.

Девушка зажмурилась, приказывая себе убрать это тяжелое воспоминание, и влага в тучах пролилась дождем. Облака, которые успели сложиться в очертания мужского лица, нехотя растаяли. Ей показалось, что глаза громадного, туманного портрета в небе недобро посмотрели на нее.

Злая память снова подослала ей укоряющий призрак прошлого. Воспоминания причиняли боль. Воспоминания были единственной связью со временем, когда она была счастлива.

Когда-то ее звали Рогнеда. В незапамятные времена Рогнеда была дочерью последнего владимирского князя и женой создателя Звездной империи.

Это уже потом она оказалась участницей заговора, Управительницей Жизни в сонме новых хозяев мира, снова заговорщицей, а затем шаманкой при уродливой идолице на дикой планете и просто бессмертной ведьмой, навечно заточенной среди роскоши иномирья.

Рогнеда на мгновение вдруг окунулась в низкие слои Реальности. Пространство вокруг расплылась черной пустотой, более черной, чем самая темная ночь Старой Земли.

Это напомнило девушке, что в обычном мире она находится где-то на высокой орбите в тени Тригона, а вокруг только стылый вакуум, пронизываемый заряженными частицами звездного ветра, стекающим по силовым линиям магнитосферы планеты.

Решив, что так нельзя, девушка снова вернула все, что ее окружало, повторив до последней травинки сонную равнину под полуденным солнцем.

Едва Рогнеда справилась со своей безжалостной памятью, как вдруг в мир что-то вторглось извне. Сначала это было просто ощущение, на грани восприятия, потом вторжение обрело форму.

Высоко, под тускнеющим воздушным куполом появилась темная точка.

Очень скоро точка в небе выросла в громаду космического крейсера.

«Дракон-2», боевой гиперпространственный корабль Черного Патруля, шел прибывшему как корове седло.

Девушке пришло в голову, что гость выполняет посадку как паркующаяся старушка, впервые севшая за руль мощного колесного мобиля. Ее совестливый соглядатай и заботливый тюремщик, совершенно не умел управлять грозной машиной.

После неуклюжих рывков и раскачки 90 тысяч тонн брони боевого звездолета тяжело рухнули на травы луга. В пространстве пронесся глухой удар, зазвенели стаканы на столике.

Рогнеда с досады покачала головой. Музыка смолкла. Небо заволоклось облаками, поплыл густой, влажный туман, затягивая окрестности.

Круг летающей платформы высоко поднялся над поверхностью. Мир вокруг претерпел неприятные изменения. Живая Богиня со всеми подробностями воспроизвела страшные топи маронских болот. Зеленая трава сменилась мутной, подернутой маслянисто-блестящей пленкой вонючей жижей, островками гниющей растительности и остатками мертвых деревьев. С неба заморосил бесконечный, мелкий, холодный дождик. В тумане наметились темные контуры мегалитов капища двухголовой и четырехрукой идолицы.

Визитер не обращал на это внимания. На него дождь не попадал, а под ногами сама собой возникала ровная металлическая тропа.

Мужчина был высок и мускулист. Его можно было бы назвать исключительно красивым. Однако атлетически развитое тело греческого бога не сочеталось с круглой, приплюснутой головой с чужого плеча, дурашливым чубом, глазами линяло-голубого цвета, жирным, сильно скошенным назад подбородком, пухлыми щечками и полными, порочными губами. Для полноты картины не хватало только деревенской кепки-восьмиклинки с лаковым козырьком.

Рогнеда посмотрела на гостя, и под поверхностью болота прошло какое-то движение. Мужчина почувствовал приближение опасности. Топь целиком исчезла вместе с хмурым небом. Остался сумеречный свет, туман и бесконечный дождь, приходящий из ниоткуда и уходящий в никуда. В этом мареве висел звездолет, давая как огромный зонт полосу пространства свободного от водяных капель, крохотная летающая платформа и тропа между ними.

— Здравствуй, Андрей, — поприветствовала девушка Управителя Жизни, продолжая глядеть куда-то за грань этого мира.

— Здравствуй, Принцесса, — весело произнес мужчина, целуя Рогнеду в щеку.

— Какие нежности, — усмехнулась Управительница. — С чего бы это?

Но, сменив гнев на милость, снова вернула счастливый сонный полдень на залитой солнцем равнине.

— Ну, вот так гораздо лучше, — с улыбкой заметил Андрей.

Он вытащил из кармана массивную золотую цепь с огромным, граненым аметистом, пылающим фиолетовым пламенем.

Мужчина протянул Рогнеде безделушку. Управительница оценила деликатность визитера, золотившего ей пилюлю. Теперешние хозяева с ней не слишком церемонились. Управительница взяла украшение, повертела в руках и равнодушно швырнула на стол.

— Дарящий аметист хочет вызвать любовь, — заметила девушка. — Что тебе надо, Пастушонок?

— Не называй, пожалуйста, меня так, Принцесса, — давя раздражение, попросил Управитель.

— Ты же называешь меня Принцессой, — усмехнулась Рогнеда, довольная тем, что ее шпилька достигла цели.

— Это было очень давно. И вспоминать мне это не слишком приятно.

— Ну отчего же? — иронически сказала девушка. — Разве это не здорово?

Вдали, по лугу с мычанием двинулись коровы. Оттуда донеслись голоса, щелканье бичей и лай собак.

— Злая ты, — подвел итог Управитель.

— Говори, зачем пришел? — холодно спросила девушка.

— У меня к тебе дело.

— Вот как? — удивилась Рогнеда. — Ну, излагай.

— По своим достоинствам, ты должна быть в Совете, — льстиво сказал Управитель. Но наши дубы во главе с «непогрешимым» по-прежнему не хотят смотреть даже на шаг вперед. Ты же умеешь добиваться изменений не грубой силой, а предвидением и воздействием на ключевые точки процесса.

— Оттого-то и сижу взаперти, — оборвала его Рогнеда. — С чем пожаловал, Андрей?

— Скоро круглая дата. 150 лет назад наши объединенные силы выбили берсерков с Глюкранды.

— 150 лет? — иронически прищурилась девушка. — Да вы скостили больше трех тысячелетий. Человеколюбиво так, по доброму. Чтобы не вспоминали люди плохого, не расстраивались.

— Я бы на твоем месте этой темы бы не касался, — поспешно предупредил ее Андрей и помолчав, добавил — Глава Совета лично принял это решение. Оно мудро и вполне справедливо. В те времена плохо было всем.

— Но не все жили десятки веков среди дикарей на болоте.

— И что? — притворно изумился Управитель. — Тебе не хватало для счастья туалетной бумаги и прокладок?

Девушка не ответила, только вдруг невесть откуда возникшая ворона с противным карканьем спикировала на мужчину и опорожнила ему на голову свой кишечник.

— Грубо, Принцесса, грубо, — едва удержавшись от более крепких выражений, сказал Управитель. — Должна же быть и от тебя какая-то польза.

Он достал из кармана платок и стал брезгливо стирать с головы птичью отметину.

— Подумать только, — подивилась Рогнеда, — это означает, что я провела посреди болот всего ничего, по сравнению с целой эпохой. Щедрый подарок. Гнусный запах протухшей воды до сих пор снится мне… Стоит мне отвлечься, ноздри помимо воли заполняются мерзкой вонью бездонных топей, отдающих гнилой мертвечинкой… А ты знаешь, что нужно сделать, чтобы умерший был благосклонно принят богиней И-динг? Чтобы он не всплыл из мутной жижи болота, пугая живых?

— Нет, — машинально ответил Управитель.

— А зря…

Девушка в одно мгновение схватила со стола нож, оказалась за спиной мужчины, и железной хваткой сдавила ему сгибом локтя горло.

— Ты чего? — только успел только сказать Андрей.

— Не дергайся, — предупредила Живая Богиня, прижав остро отточенный клинок к животу Управителя. — Плохо будет. Ты хотел знать, что делали на Мароне с покойниками?

— Нет, и знать не хочу, — прохрипел мужчина, пытаясь вырваться. — Ты чокнутая.

— Ответ неверный, — предупредила Рогнеда, сильнее вдавливая острие клинка в тело Андрея. — У тебя осталась последняя попытка.

— Да, — выдохнул Управитель.

— Молодец, — с безумной, нехорошей улыбкой похвалила его Управительница. — Им вскрывали живот, чтобы в нем не скапливались газы, вытаскивали внутренности. Потом привязывали к ногам тяжелый камень и отправляли в трясину составить компанию тем, кто оказался там раньше. Внутренности помещали в глиняные горшки и кидали туда же.

И ещe… Я забыла тебе сказать, что готовить мертвецов для И-динг, было обязанностью жрицы капища. В голодные или моровые годы мне приходилось заниматься этим каждый день.

А потом, ночами, я стояла на высоком алтарном камне посреди трясины, читая молитвы поганой идолице.

В темноте приползали болотные ящеры. Они бесились и грызлись от невозможности вытянуть лакомый кусок.

Чудовища гипнотически глядели на меня своими светящимися глазами и выли, приглашая совершить короткий полет в трясину, где их клыки освободят от необходимости терпеть кошмар жизни на болоте.

Но это еще не самое страшное. Хуже всего было, когда окружающие меня люди вымирали до последнего человека. Я жила одна десятки, иногда сотни лет. Тогда я сама приходила на алтарный камень говорить с земноводными гадами, давала им имена, рассказывала о своей жизни и расспрашивала об их житье…

Рогнеда оттолкнула Управителя, рухнула в шезлонг и заплакала.

Андрей, подобрал брошенный девушкой нож, кинул его в болото от греха подальше, потом опустился на легкий стул рядом со столиком, — ноги не слишком хорошо слушались Управителя.

Девушка упорно молчала. Тягостное молчание было красноречивей слов. Живой Бог создал вокруг пейзаж тропического взморья. Появился белый песок, кристально прозрачная вода, цвета голубого топаза, пальмы, бунгало на заднем плане. С убаюкивающим шелестом покатились волны, повеяло прохладным ветерком.

Светило в небе успело заметно сместиться к закату, прежде чем Рогнеда снова заговорила.

— Ничего что я тебя так? — спросила девушка, глядя в пространство ничего не выражающими глазами. — Ты не представляешь, до какой степени я одичала там, какой стала немытой, жилистой дикаркой. Представь меня, бьющейся в экстазе, с бубном из человеческой кожи и человеческой берцовой костью вместо биты…

— Не, я не обижаюсь, — только и сказал Управитель. — Я предпочитаю тебя помнить среди роскоши парадной залы Дома Вечности, такой, как увидел в первый раз. Я уже не помню в деталях, что на тебе было надето. Просто создавалось ощущение, что ты вся блестишь и переливаешься от сияния шелка и драгоценных камней. Но драгоценности не могли затмить глянца атласной кожи и бездонной глубины твоих зеленых глаз. Ты показалась мне неземным существом, самой прекрасной женщиной, которую я когда-либо видел. Ты посмотрела на меня, улыбнулась и сказала — «Ну, здравствуй, Пастушонок».

— Это даже интересно, — девушка повернула голову к мужчине, с удивлением разглядывая Живого Бога. — Что это ты вдруг вспомнил?

— Но самым главным был ореол любви и доброты, который окружал тебя. Ты просто светилась этой любовью. Казалось, она просто переполняет тебя и мягким свечением распространяется вокруг, на все, на что падает взгляд твоих глаз.

— Я изменилась? — с кокетливой улыбкой поинтересовалась Управительница.

Бывшая императрица подумала, что знай она, как все обернется, то сразу же приказала бы посадить на кол улыбчивого простого паренька.

— Ты стала еще красивее, — заверил ее мужчина.

— Это уже серьезно, — печально улыбнулась девушка. — Ты, видимо, хочешь озадачить меня чем-то особенно неприятным.

Рогнеда вспомнила, как часто Пастушонок мелочно придирался, травил и преследовал ее, доказывая Управителем и самому себе, что давно уже перестал быть прихвостнем джиханской суки. Бывшая императрица все помнила, но ничего не могла сделать.

Холодная, стылая ненависть, спрятанная в дальних уголках сознания, желание переиграть взбесившуюся свору тех, кто когда-то раболепно склонялся перед ней, заставляли ее продолжать жизнь.

Еще Рогнеда смутно надеялась, что однажды сможет выгрести против течения времени. Даже не для того, чтобы снова подданные приветствовали супругу повелителя в парадных залах царьградского Дома Вечности.

Больше всего ей хотелось вернуть того, кто сейчас лежал под вмерзшими в лед руинами дворца. Давний выбор между долгом и любовью оказался неверным в своей основе. Рогнеда подумала о нем, человеке без имени и неожиданно ласково улыбнулась своему тюремщику.

— Но это правда, — растерялся Андрей.

— Какая разница, — ответила Рогнеда. — К делу.

Реальность вокруг снова стала жарким полднем на сонной равнине.

— Хорошо, — не стал запираться мужчина. — Есть одна мыслишка… Хочу дать цикл статей в журнале для молодежи и опубликовать десяток другой авторов тех времен.

— Вот ведь… — девушка не стала продолжать и лишь усмехнулась своим невысказанным словам, потом озадаченно спросила. — А зачем тебе это?

— Как тебе сказать… — замялся Управитель.

— Скажи как есть, — иронически посоветовала девушка.

— Ну, сейчас наблюдается явный упадок желания одолеть врага. Создается такое впечатление, что людям просто плевать на то, что берсерки продолжают контролировать большинство коммуникаций в Обитаемом Пространстве и над мирами до сих пор висит угроза.

Слова Живого Бога бессильно повисали в воздухе, такие неуместные среди счастливой дремотной одури вокруг. Ветерок тихонько подхватывал их и ронял в ковер буйного разнотравья луга.

— А что делать… — усмехнулась Рогнеда. Как оказалось, не так уж и плохо, если у человеков нет возможности таскаться от планеты к планете и устраивать разборки третьего уровня друг с другом. А на берсерков молиться надо. Они нас не трогают и не дают играться в самоубийственную войнушку.

— Но ведь это застой… Стагнация… И как следствие не за горами деградация людей, зажатых между поверхностью и небом, в которое их не пускают. Мне хочется возродить здоровые амбиции, дать новый толчок.

— Ты думаешь, статейки в Сети смогут исправить положение?

— Я думаю, да, — твердо сказал мужчина.

— Андрей, — спросила девушка, прислушиваясь к чему-то внутри, — где ты раздобыл этот камень?

Рогнеда взяла со стола подарок Живого Бога. Девушка положила громадный, размером с половину ее кулака камень в ладонь и поднесла к глазам, любуясь сиянием граней камня.

— Нашел на Старой Земле, — с улыбкой ответил Управитель.

— Он просто особенный. Я думала — это что-то искусственно выращенное, но он настоящий… Он рассказывает мне о том, как возник в раскаленной, наполненной перегретым паром жеоде. Как эра за эрой рос и упорядочивал себя, показал, как однажды его каменная темница раскололась. Вода оторвала его от братьев, и началась жизнь в мире света.

— Очень хорошо, — кивнул головой Андрей. — Я рад, что вы с ним подружились. Даже на Старой Земле остались уголки, в которых еще не ступала нога человека.

Как-то раз я оказался в индийской тундре. Дело было летом, когда обильные снега стаивают, обнажая покрытую мхом и редкими островками травы землю. Очень часто бывает, когда потоки талой воды вымывают глубокие борозды в слабой почве. В одной из таких промоин, в маленьком озерце чистой воды я и нашел этот аметист. Я бы прошел мимо, но он заговорчески подмигнул мне своим фиолетовым глазом.

Я сразу понял, что он не мой. Но я знал, кто достоин его носить. А чтобы красота камня проявилась во всей красе, я нашел мастера. Лучшего мастера, который снял с камня все лишнее.

— И он справился со своей задачей… Поначалу мне показалось, что это одна из новомодных штучек, выращенная при помощи конфигуратора… Спасибо, Андрей. Я была сегодня нелюбезна с тобой. Прости меня. Помоги одеть, — попросила девушка.

Она поднялась, протянула цепь с камнем Андрею, повернулась к нему спиной, подняла руки и убрала волосы с шеи.

Управитель зашел девушке за спину и встал вплотную. Он долго возился с застежкой замка, водя пальцами по точеной шее Управительницы, вдыхая дурманящий запах нагретых девичьих волос. Потом, вдоволь насладившись осязанием тела Рогнеды, надел украшение.

Она потянулась как большая, хищная кошка, поцеловала Управителя и согнувшись в шутовском поклоне, с улыбкой, произнесла.

— Слушаю и повинуюсь, мой господин.

— Ах, если бы… — мечтательно сказал Андрей, кладя ей руки на талию и пытаясь притянуть к себе.

— Ну, ты особо губы не раскатывай, — с улыбкой произнесла Управительница, не делая, однако, попытки освободиться, но и не двигаясь с места. — Что мы там должны были наваять?

— Тексты о юбилее битвы над Глюкрандой, — сказал Управитель. — И отредактировать цикл литературных опусов. Так сказать, — дать людям возможность взглянуть глазами участников.

— Это нам что, читать придется? — поразилась девушка.

— А ты хочешь воспользоваться гипноиньектором? — с усмешкой заметил мужчина. — Знал бы, зарядил парочку веселых команд между строк.

Управители панически боялись прямого ввода информации в мозг, опасаясь занести какую-либо инграмму в подсознание.

— Ну, так давай займемся чтением, — усмехнулась девушка. — Или ты натурой хочешь получить?

— Извини, — сказал мужчина, нехотя отпуская ее.

— Любой каприз за ваши деньги, — не утерпела напоследок поддразнить Управителя Рогнеда, лукаво улыбаясь и поднося руки к волосам.

Мужчина хотел было, снова подойти к ней, но совершенно естественным образом, как часть подготовки к работе, перед ним возник письменный стол. Сзади лихо подкатился стул, ударив Андрея под коленки, отчего Управитель в полном соответствии с законами механики принял сидячее положение. Перед ним образовался экран, и загорелись шары плазменных динамиков.

— Ну, мы дело будем делать или играть? — без тени раздражения, все тем же тем же ласковым голосом, поинтересовалась Рогнеда.

— Ловко, однако, — усмехнулся Управитель. — Итак. Первым я хотел дать вводный текст, который дал бы читателю представление, каково было состояние дел перед Большим Вторжением. Тему, лучшую, чем кампания у звезды Карина в 7119 году найти невозможно.

Я выбрал воспоминания одного из участников событий. Сам я толком не читал, но даже при беглом просмотре в тексте видно много идеологически вредных моментов. Я бы хотел, что бы ты помогла мне скомпоновать отрывки так, чтобы они выглядели как волнующее, романтическое приключение.

— До чего дошел мир, видимо, наступили последние дни этой Вселенной, — иронически сказала Живая Богиня. — Управители Жизни вынуждены делать работу газетных редакторов… Запускай.

По экрану поплыл текст, а от сияющих шаров плазмы раздался дублирующий знаковое письмо голос читающего автомата:

Боевые звездолеты эпохи позднего Семицарствия.

(статья из научно-популярного журнала «Молодые стрелки» апрель 10564 года, редакция для сетей 4 имущественного класса).

Если мы попробуем проанализировать боевую технику, используемую войсками различных держав Обитаемого Пространства, то, говоря об эпохе Семицарствия (5103–7127 гг.) вообще, и позднего Семицарствия (6265–7127 гг.) в частности, то первое, что бросится в глаза — никогда, ни до, ни после она не была поставлена в такую зависимость от господствующей идеологии.

Как всем известно, после распада Первой Звездной Империи, который произошел вскоре после гибели джихана (князя — императора) Даниила I, были образованы семь самостоятельных государств.

Этот период характерен непрерывными войнами, которые вели все эти образования за стратегически важные планетные системы, сырьевые ресурсы космоса, а также в силу изначально заложенного в систему отношений антагонизма, подогреваемого истеричной пропагандисткой машиной воюющих держав.

Боевые действия испытывали колебания от затяжных вялотекущих пограничных конфликтов, до полномасштабной войны с применением тактики выжженной земли, бомбардировкой планет и личной вендеттой военнослужащих противостоящих друг другу в военных действиях. Особенно ожесточенными были столкновения времен так называемого позднего Семицарствия, эпохи, предшествующей объединению различных государственных образований в единое целое перед угрозой Большого Вторжения — широкомасштабной инопланетной агрессии.

Главной конфронтацией данного исторического отрезка было вооруженное противостояние 2 мощных образований — Деметрианской и Эланской империй, расположенных в одном рукаве Галактики, имеющих общую границу на протяжении сотен тысяч парсек.

Деметрианская империя — номинальный наследник изначальной Первой Звездной Империи, включала в себя обширные области космического пространства, месторасположение таких планетных систем как Солнечная — место зарождения вида Хомо Сапиенс, Деметра, Дельта, Тау, Алая, Кассия и другие. Империя Элана была сформирована из сравнительно поздних по времени открытия колоний в областях близких к центральной части галактики. В те времена это были богатые природными ресурсами звездные системы, с благоприятными по условиям обитания планетами.

Сердцем империи была планета Глюкранда, современная Победа, чрезвычайно выгодно расположенная на пересечении торговых и информационных путей.

Компактное расположение в шаровых скоплениях и естественная защищенность от внешнего вторжения метеорными и астероидными потоками, а также, отличающимися от остального космического пространства параметрами физического вакуума, делающими невозможным до 6085 года гипертранспортировку, служили тому, что военный и промышленный потенциал империи практически не страдал от военных действий противника.

Превосходство эланцев в живой силе и технике были причиной медленного, но верного сокращения владений Деметрианского княжества. Этому также сильно способствовали недальновидность верховного главнокомандования, склонность к авантюрам правителей данного государства, ставка на так называемый «человеческий фактор», презрение к техническим новшествам и прогрессивной тактике боя.

Как все известно, боевые действия кораблей сковывались общепринятыми в Обитаемом Пространстве нормами ведения боевых действий, уходящими корнями в седую древность, так называемую Конвенцию Семи Держав. Печально знаменитая Конвенция Семи предусматривала строго ограниченные способы обороны и нападения, сложный ритуал вызова противника на бой и массу прочих условий.

Как мы знаем, отголоски этой искусственно насажденной и противоречащей здравому смыслу тактики, были причиной молниеносного поражения армий Союза Планет на первых этапах Большого Вторжения. Никакие разговоры о «рыцарстве» и «воинской чести» не могут оправдать гибели сотен миллиардов людей под пушками безжалостных и не скованных замшелыми нормами «правильных и позволительных» способов ведения боя захватчиков.

Историю нужно знать, хотя бы для того, чтобы не допустить ее повторения.

Корни нашего поражения лежат в тех давнопрошедших временах, когда бездарные и тупые военачальники сталкивали строи слабо вооруженных и легкоуязвимых летающих гигантов в жестоких и бессмысленных баталиях на потеху тупоголовым, надменным царькам лоскутных образований, гордо именуемых республиками и империями…

— Это невозможно слушать…, - сказала Управительница, прерывая воспроизведение. — Я сама потом напишу. Переходи сразу к авторскому тексту.

— Хорошо, — подавив легкое раздражение, ответил Андрей, переводя курсор.