"Пустите детей" - читать интересную книгу автора

Джастина

- Я здесь застрял. Я влип в эту проклятую страну, как...

- ...оса в варенье, - Джастине смешно. Она слушает эти жалобы четвертый год.

- Сегодня очередное семнадцатилетнее чучело хотело меня убить. Я только начал что-то соображать, по тому проекту, с очисткой, и ровно в этот момент... Он подождать не мог?

Джастина привыкла к тому, что любовник, в свои тридцать пять, вполне всерьез задает подобные вопросы. Его действительно огорчает одно: "чучело" явилось не вовремя. Отвлекло, сбило с мысли. Идея, уже вертевшаяся в голове, помахала хвостом и исчезла. Интересно, задавал ли Франческо этот вопрос виновнику? С него сталось бы. Обычно люди считают, что господин Сфорца издевается или паясничает. Иногда - что он полный идиот. Нет, ну, в самом деле, это нормально - попрекать киллера тем, что явился не вовремя? Не сверился с графиком прихода мыслей в голову жертвы, понимаете ли...

- Это очень нехорошо с его стороны, - иронию Франческо не почувствует. - Просто свинство какое-то...

- Полное свинство, да? - переспрашивает страдалец, укладываясь поудобнее.

- Да, конечно.

Грустный чаячий плач продлится еще не меньше часа, и нужно сочувствовать, соболезновать, сострадать, соглашаться... подпевать, в общем. Говорить с Франческо в подобном состоянии о чем-то серьезном, или попросту говорить серьезно - бесполезно. Не поймет и обидится.

- Здесь бесполезно что-то делать. Им все это доставляет удовольствие. Три национальных вида спорта: перевороты, торговля оружием и производство наркотиков.

- И еще работорговля, - напоминает Джастина. - И покушения на тебя.

- Вот ты понимаешь, - вздыхает Франческо. - И что делать с этим болотом - не знаю, да бесполезно же, им нравится, понимаешь, нравится! Им так весело жить. Свобода национального самоопределения - бегать и стрелять, жить в нищете, не учиться, ни работать, ничего, да? О, дивная Терранова! Идиоты... генетические! Надоело по самое не могу...

Если бы тебе действительно надоело, думает Джастина, ты бы уехал обратно во Флоренцию. Еще несколько лет назад уехал бы, когда мы только встретились и я, как последняя дура, пыталась с тобой на эту тему разговаривать - мол, если совсем никаких сил нет, то и не надо, это, конечно, очень жаль, но зачем же так убиваться-то... К счастью, Джастина поняла, с кем имеет дело, раньше, чем дошло до ссоры.

По правде говоря, набор личных характеристик Франческо Сфорца не ограничивается склонностью к периодическому бессмысленному нытью, а в консистенции мутной лужи, которую нужно собирать моющим пылесосом, он пребывает далеко не всегда. От силы раз в две недели... и преимущественно с Джастиной.

Ты молодец, говорит Джастина, ты справишься, говорит Джастина, они тебя не понимают, говорит Джастина - и еще много ерунды говорит Джастина Фиц-Джеральд, и ей противно врать, противно быть "девушкой Метро", следовать дурацким советам из дурацких журналов - "всегда ободряйте вашего мужчину, выражайте ему поддержку", но у нее нет другого выхода. Это условие игры. Условие, так сказать, доступа к телу.

Джастина сыплет заученными фразами, смотрит в глаза, гладит по плечу. Джастина знает, что дело не в ней, а в словах, что на ее месте могла бы быть любая, любой, кто угодно, лишь бы слушал, соглашался, кивал, сочувствовал. Нужно просто подождать. Это пройдет, как плохая погода, как головная боль, и с Франческо можно будет иметь дело по-настоящему.

***

- Я не могу принимать от тебя подарки. Ну, такие подарки, - колье стоит раза в полтора больше, чем годовой оклад Джастины Фиц-Джеральд, наблюдателя Мирового Совета Управления. - Франческо, я сказала - нет! Нет, понимаешь? No, nein, non, neen... Мне не с чем его надевать, о Господи, я не то хотела сказать!

- Ах, тебя непременно уволят... с позором!

- И ты будешь несказанно рад, да? Ты думаешь, мне не пришлют замену? Какую-нибудь старую мегеру с двумя парами вставных зубов, вот тогда ты оценишь...

- Бедная, маленькая, безработная Джастина! Я найду для тебя какую-нибудь вакансию...

- Менеджера по уборке подсобных помещений?

- Ну что ты, моя прелесть, какой из тебя менеджер? Не уверен, что ты выдержишь испытательный срок на должности простой уборщицы... - смех обрывается, всегда резко, не предугадаешь. - Джастина, ты все равно не сможешь остаться здесь на третий срок.

- Получу назначение в Африку, - пожимает плечами женщина.

- Я не хочу, чтобы ты уезжала.

Ну да, думает Джастина, кто же еще будет слушать твои стенания, хотя будут, конечно, на эту вакансию сразу найдется сотня претенденток, а, учитывая, что тебе нужно гораздо меньше, чем может показаться с первого взгляда, конкурс пройдет любая мало-мальски смазливая девчонка, достаточно толковая, чтобы не давать тебе советов, и помогать исключительно морально. Она тебя за муки полюбит, а ты ее - за состраданье к ним.

- Но я действительно не останусь на третий срок. Это запрещено, ты же знаешь.

- Поедем к морю?

- К морю, к морю, там чайки печальные плачут... - напевает Джастина. - Нет. У меня много работы. Между прочим, часть ее - это твой отчет.

- По базе Эскалеры? Плюнь... там все будет чисто. Как всегда.

- Я знаю, что там будет чисто. А ты знаешь, что я должна изучить и завизировать все материалы в течение суток. Это моя работа! - Джастина не любит повышать голос, но порой у нее не хватает терпения.

- Твоя работа, - обманное движение руки, подножка, женщина плашмя падает на кровать, - здесь. А это - твое баловство.

- Мне не смешно. Мы разговариваем, как в низкопробном фильме. Интересно, здесь стоят камеры?

- Конечно. Наши.

- Представь, что стоит чужая. Тебе не стыдно плести подобную ерунду?

- Нисколько, - смеется Франческо. - Ни капли. Мне вообще не бывает стыдно. Никогда.

- Заметно.

- Это говорит мне обнаженная леди, подозревающая, что здесь могут быть чужие камеры?!

- Я... не вполне обнаженная, - шею и ключицы безумное сооружение из белого золота с изумрудами почти закрывает. - Франческо, нам нужно кое-что обсудить. Доклад для Совета.

- Это же, кажется, твоя драгоценнейшая работа?

- Мне кажется, что это в твоих интересах...

- Нет, - Сфорца рывком садится, запускает пальцы в волосы. - Нет, нет и нет. Это в моих интересах. Поэтому я никак не буду влиять на решения Совета. Никак.

- Твою же мать! - Джастина не садится, она вскакивает с постели. - Ты дурнее этого своего семнадцатилетнего покушенца! Ты... проклятый романтик! Включи мозги! Если Совет завтра отменит лицензии и примет план прямой оккупации, ты вылетишь отсюда, сверкая пятками!!!

- Не кричи, пожалуйста, - морщится Франческо. - Всему есть пределы, да? Моему цинизму - тоже. Влиять на решения Совета я собираюсь только совершенно законными методами. Вот в ежеквартальном отчете я напишу все, что считаю нужным. Я, глава "Сфорца C.B.", владелец лицензии. Так и только так.

- Ты что, считаешь, что тебя транслируют прямиком на первый канал? Ночное шоу "В спальне со Сфорца"?

- Выходи за меня замуж.

- Ч-что? - Джастина подпирает указательным пальцем челюсть. Ей послышалось?

- Выходи за меня замуж. Проблемы со слухом? Нужна консультация доктора? - издевательская улыбочка, и взгляда за челкой не разобрать.

- Не шути так, я же и согласиться могу...

- Вообще-то, на это я и рассчитываю, да?

- Франческо, такими вещами не шутят!

- Так я и не шучу.

- Но почему я?

- Не знаю, - пожимает плечами Сфорца. - Может быть, потому, что ты никогда на это не напрашивалась?..

- И это вместо признания в любви?!

- Э-ээ... - о боги, он умеет краснеть?! Нет, не умеет, пятнами по бледной коже - это не слишком изящно, лучше не стоит. - Ты бы мне поверила? Нет, знаешь, это все-таки слишком. Не могу себе представить, как говорю нечто подобное... это не мой стиль, в конце концов, ну и вообще...

- По-твоему, в моем стиле выходить замуж за человека, который не может сказать три простых слова?

- Да, вполне.

- Ну, черт с тобой...

- Это согласие?

- Оно самое.

- Скажи "да".

- Да, - отвечает Джастина, и хватается за голову - кажется, она совершила какую-то экстраординарную глупость, самую большую за двадцать девять лет своей жизни. У людей так не бывает, чтоб не знал - и не совался...

А разговор все-таки нужно вставить в бульварный роман. Осталось только написать все остальное.