"Путь судьбы" - читать интересную книгу автора (Уильямс Уолтер Йон)





Уолтер Йон Уильямс
Путь судьбы

Глава 1

Сидя в кресле, которое стало принадлежать ей по праву смерти, она подняла глаза к холодным далеким звездам. Ее руки держали штурвал, но мысли ее были где-то далеко, среди ледяной бесконечности.

«Поиск…»

Ничего.

Ее взгляд опустился, и она увидела на панели приборов руки своего мужа. Ей стало легче, она знала, какая уверенность и сила в этих руках.

Вдруг ее сердце вздрогнуло. Что-то, где-то среди этих звезд, коснулось ее!

«Джейсен!»

Руки ее мужа коснулись консоли, и звезды за иллюминатором растеклись, превращаясь в расплывчатые пятна света. Чувство чьего-то прикосновения в Силе исчезло.

– Джейсен… – прошептала она. Хэн удивленно посмотрел на нее.

– Ты уверена? – спросил он, – Ты уверена, что это Джейсен?

– Да. Я почувствовала его в Силе. Это не мог быть никто иной.

– И он жив…

– Да.

Лейя Органа Соло могла понять его. Она знала, что Хэн считал их сына мертвым, и лишь ради нее говорил, что это не так. Она знала, что он испытывает боль и ненависть – и чувство вины из-за того, что оставил семью. И сейчас он хотел поддержать ее во всем – даже в той надежде, которую он считал призрачной. И она знала, что для этого ему потребовалось много сил, чтобы подавить собственную боль и сомнение.

Она видела все это в его глазах, в подергивании его щеки. Она знала его храбрость и его сомнение, и она любила его за то и другое.

– Это был Джейсен, – сказала она. Она вложила в свой голос столько уверенности, сколько могла, – Он коснулся меня в Силе. Я чувствовала его. Он хотел сказать мне, что он жив и среди друзей.

Она взяла его за руку.

– Я не имею в этом ни малейшего сомнения, Хэн.

Он сжал ее руку, и она почувствовала, что в нем происходит борьба. Желание надеяться боролось с горьким опытом.

Его коричневые глаза смягчились.

– Да, – сказал он, – Конечно. Я верю тебе.

В его голосе был оттенок осторожности, но это был рефлекс, результат жизни, полной опасности и неопределенности, которая научила его не верить ничему без убедительных доказательств.

Лейя неловко обняла его с кресла второго пилота. Его руки также обняли ее. Она почувствовала щетину на его щеках, запах его тела, его волос…

– Да, Хэн, – сказала она, – Наш сын жив. И мы тоже живы. Разве это не повод для радости? С этого момента все изменится…

Идиллия длилась до тех пор, пока Хэн и Лейя, держась за руки, не спустились в трюм «Сокола». Лейя почувствовала, что Хэн напрягся, увидев их пассажира – имперского офицера – женщину в безукоризненной серой форме.

Лейя знала, что Хэн надеялся побыть в этой миссии наедине с ней. Многие месяцы с момента начала войны с йуужань-вонгами они или были разделены, или встречались в исключительно тяжелых ситуациях. Хотя и эта их миссия была не менее тяжелой, чем прочие, они очень ценили те немногие часы спокойствия, проведенные в гиперпространстве.

На этот раз они даже не взяли с собой ногри-телохранителей. Они не хотели брать вообще никаких пассажиров, не говоря уже об имперских офицерах. До сих пор Хэн старался быть вежливым с ней.

Женщина-коммандер вежливо встала, приветствуя хозяев.

– Переход в гиперпространство был исключительно гладким, капитан Соло, – сказала она, – Для корабля такой… такой конструкции это говорит о высоком мастерстве капитана.

– Спасибо, – процедил Хэн.

– Миомарские щиты превосходны, не правда ли? – продолжала она, – Наша лучшая конструкция.

Лейя подумала, что главной проблемой коммандера Ваны Дориа была ее излишняя наблюдательность. Это была женщина около тридцати лет, дочь знаменитого командира звездного разрушителя, с короткими черными волосами, аккуратно уложенными под фуражку, и мягким приятным лицом профессионального дипломата. Она находилась на Корусканте во время захвата его йуужань-вонгами. Как она сама утверждала, на Корусканте она была по коммерческим делам – с целью приобретения систем управления дроидами для имперских гидропонических ферм. Дело осложнялось тем, что эти системы могли быть использованы для военных целей.

Переговоры о приобретении оборудования ничего не достигли – хотя, возможно, они и не должны были чего-то достигнуть. Вероятно, коммандер Дориа намеревалась наблюдать за штурмом Корусканта йуужань-вонгами.

Вана Дориа покинула оккупированный Корускант – Лейя не сомневалась, что ее спасение входило в план операции – и, прибыв на Мон Каламари, новую временную столицу, попросила помочь ей вернуться в Имперское пространство, как раз в тот момент, когда Лейя была назначена с дипломатической миссией в Империю.

Конечно, это не было совпадением. Дориа несомненно была шпионом. Но что могла сделать Лейя? Новой Республике была нужна помощь Империи, а имперское правительство могло счесть оскорблением арест своего коммерческого представителя по обвинению в шпионаже.

Но приняв ее на борт «Сокола», Лейя могла установить определенные правила, в какие отсеки корабля Дориа могла заходить, а куда вход ей был строго воспрещен. Дориа сразу согласилась с этими ограничениями, и позволила просканировать себя на предмет оружия или технологий, которые она могла секретно вывезти в Империю.

Сканирование ничего не обнаружило. Конечно же. Если Дориа и везла какие-то военные тайны в Империю, она держала их в своем слишком наблюдательном мозгу.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – сказала Лейя.

– Ваше Высочество очень добры, – сказала Дориа, опустившись в кресло. Лейя села за стол напротив нее, заметив перед ней стакан с соком.

– С-3РО обеспечил вас прохладительными напитками? – спросила Лейя.

– Да, он очень эффективный дроид, хоть и слишком… разговорчивый.

«Разговорчивый? Что он мог рассказать ей?»

«Впрочем, плевать… Она слишком опытна и несомненно узнала все, что хотела»

– Начнем обедать? – спросила Лейя.

Дориа кивнула вежливо, как всегда:

– Как пожелает Ваше Высочество.

Она помогла на камбузе Хэну и Лейе, перекладывать на тарелки еду, приготовленную в автоматической духовке. Когда Хэн уселся за стол со своей тарелкой, С-3РО задумчиво посмотрел на стол.

– Сэр, – сказал он, – Принцесса и бывший глава государства имеет более высокое положение, чем коммандер и генерал. Но генерал, даже в отставке, имеет более высокое положение, чем коммандер. Генерал Соло, не будете ли вы так любезны занять место выше коммандера Дориа?

Хэн зловеще посмотрел на С-3РО.

– Мне хорошо на моем месте, – сказал он. Его место, конечно, находилось так далеко от имперского офицера, насколько это позволял небольшой стол.

С-3РО выглядел таким огорченным, как только мог выглядеть дроид.

– Но, сэр, – сказал он, – Правила этикета…

– Я останусь там, где сижу, – заявил Хэн.

– Но, сэр…

Лейе пришлось снова оказать дипломатическое содействие своему мужу.

– У нас неформальный обед, 3РО.

– Очень хорошо, Ваше Высочество, – сказал дроид с явным разочарованием.

«Бедный 3РО», подумала Лейя. Он был создан для работы с протоколами дипломатических приемов с участием десятков рас и правительств, а вместо этого она продолжала втягивать его в смертельно опасные ситуации. А сейчас в Галактику вторглись существа, которые намерены уничтожить всех дроидов до единого – и они выигрывают войну. Что бы ни было у С-3РО вместо нервов, ему сейчас приходится плохо.

Лейя решила, что когда все это закончится, она организует множество дипломатических приемов и торжественных банкетов. И С-3РО будет счастлив…

– Я снова благодарю вас за вашу помощь, – сказала Дориа после того, как суп был съеден, – Какое удачное совпадение, что у вас оказались дела в Империи.

– Да, очень удачное, – согласилась Лейя.

– Ваша дипломатическая миссия, наверное, крайне важна, – сделала провокационное предположение Дориа, – если вы покинули правительство в такое время?

– Я делаю все, что могу.

– Но вы были главой государства, – и, конечно, вы должны были рассмотреть возможность своего возвращения к власти.

Лейя встряхнула головой.

– Я была на посту президента положенный срок.

– Добровольно уступить власть – честно говоря, я не понимаю этого, – Дориа покачала головой, – В Империи мы не отказываемся от ответственности, которая нам доверена.

Лейя почувствовала, что Хэн хочет что-то сказать, и она уже знала, что именно. Он сказал бы: «Да, имперских политиков можно отстранить от власти только с помощью лазерных пушек». И пока Хэн не начал говорить, она ответила более дипломатически:

– Мудрость – это знание момента, когда ты должен пожертвовать всем, чем можешь.

Она обратила все свое внимание на следующее блюдо – ароматную грудинку хиббы с соусом из фруктов бофа. Дориа тоже взяла вилку.

– Но сейчас – когда правительство оказалось в изгнании и пребывает в полном хаосе – необходима сильная рука.

– У нас есть конституционные средства для избрания нового лидера, – сказала Лейя.

«Только они что-то не сработали, когда Пвоу объявил себя главой государства, а Сенат прячется на Мон Каламари. Тупик…»

– Желаю вам успешно избрать нового главу государства, – сказала Дориа, – Надеюсь, что хаос и растерянность, с которыми Новая Республика встретила вторжение, были ошибками правительства Борска Фэй’Лиа, и не являются характерными для государственного устройства Новой Республики в целом.

– Я пью за это, – сказал Хэн и осушил свой стакан.

– Никак не могу удержаться от размышлений на тему того, как встретила бы эту агрессию старая Империя, – продолжала Дориа, – Надеюсь, вы простите мне мою политическую позицию, но мне кажется, что Император мобилизовал бы все силы и средства при первой же угрозе, и, используя превосходящие силы, уничтожил бы йуужань-вонгов быстро и эффективно. Это было бы явно лучше политики Борска Фэй'Лиа – если я правильно понимаю как обдуманную политику ведение переговоров с агрессорами, показывая тем самым свою слабость беспощадному врагу, который использовал это время для подготовки к новому наступлению.

Лейя почувствовала, что ей становится все труднее поддерживать дипломатическую улыбку на лице.

– Император, – сказала она, – всегда был обеспокоен любой возможной угрозой своей власти…

Лейя почувствовала, что на этот раз она не успеет остановить Хэна.

– Империя бы вот что сделала, коммандер, – сказал Хэн, – Они построили бы колоссальную супер-машину для уничтожения йуужань-вонгов. Назвали бы ее «Сверхновый Колосс», или «Разрушитель Галактики», или «Ноздря Палпатина», в общем, дали бы ему грандиозное и устрашающее название. Они потратили бы миллиарды кредитов, задействовали бы тысячи заводов, вооружили бы эту штуку самым новым оружием. И знаете, что случилось бы потом? Они забыли бы закрыть шахту реактора, или сделали бы какую-нибудь дурацкую ошибку в этом роде. И какой-нибудь особо удачливый вонг сбросил бы бомбу прямо туда и взорвал бы всю эту штуковину. Вот что бы сделала Империя.

Лейя, пытаясь сдержать смех, заметила веселье в глазах Ваны Дориа.

– Возможно, вы правы, – согласилась Дориа.

– Вы правы, согласившись, что я прав, – сказал Хэн, наливая в стакан минеральной воды.

Его короткий триумф был прерван неожиданным резким взвизгом гиперпривода «Сокола». Корабль встряхнуло. Взвыл сигнал тревоги.

Сердце Лейи забилось синхронно с сигналом тревоги, она испуганно посмотрела на Хэна.

– Сожалею, что приходится прервать наш обед и интересную беседу, – сказал он, – Но, видимо, нам придется разнести на кусочки пару плохих парней.

Первое, что сделал Хэн, добежав до кресла пилота – это отключил сигнал тревоги, от которого уже лопалась голова. В иллюминаторах вместо размытых серых полос были видны звезды – «Сокол» вышел из гиперпространства. И Хэн уже догадывался, почему.

Взглянув на данные гравитационного сенсора, он нашел подтверждение своей догадке. В этот время Лейя уселась в кресло второго пилота.

– Или в этом секторе возникла черная дыра, или мы попали на минное поле довинов.

Довины – органические генераторы гравитационных аномалий, которые йуужань-вонги использовали как энергетические установки для своих кораблей, а также для создания гравитационного поля, вырывающего корабли из гиперпространства. Йуужань-вонги установили минные поля довинов на гиперпространственных маршрутах Новой Республики, чтобы перехватывать республиканские транспорты. Но до сих пор их активность не распространялась так далеко по Хайдианскому пути.

И тут Хэн увидел их на экране сенсора. По шесть истребителей «йорик-эт» с каждой стороны мины-довина ожидали попавшую в засаду жертву.

Он потянулся к панели управления, но потом подумал, сможет ли Лейя одна пилотировать корабль, пока он займет место у турели.

«Нет…»

Он знал «Сокол», его преимущества и слабости лучше чем кто бы то ни было. А сейчас хорошо летать было явно важнее, чем хорошо стрелять.

– Я беру управление на себя, – сказал он, – а ты иди к нижней турели.

Лейя быстро поцеловала его в щеку.

– Удачи тебе, Ловкач, – она похлопала его по плечу и выскользнула из рубки.

– И тебе удачи, – ответил Хэн, – и спроси нашу пассажирку, умеет ли она стрелять из лазерных пушек.

Его глаза уже следили за данными на экранах, он автоматически надел наушники комлинка, который позволял ему поддерживать связь с Лейей.

Эти «прыгуны» не могли летать в гиперпространстве, значит, их вместе с довином доставил сюда какой-то крупный корабль. Был ли этот корабль еще где-то здесь, или улетел минировать другой участок маршрута?

Сенсоры не показывали ничего похожего на большой корабль. Скорее всего, его здесь уже не было.

Йуужань-вонгские истребители только сейчас заметили появление противника, но все же заметили. Надежды на маскировочные системы «Сокола» не оправдались.

Но что видели йуужань-вонги? Кореллианский легкий фрейтер серии YT-1300, похожий на десятки и сотни маленьких грузовых кораблей, с которыми они, вероятно, уже встречались. Йуужань-вонги не знали о мощном вооружении «Сокола», об усиленных щитах и модифицированных субсветовых двигателях, позволявших ему летать даже быстрее скипперов.

Пока йуужань-вонги думают, что это всего лишь беспомощный фрейтер, у «Сокола» есть шанс на успех.

Наблюдая за маневрами йуужань-вонгов, Хэн пытался вызвать их на связь, изображая испуганного гражданского пилота. Одновременно он начал маневр уклонения, достаточно медленный и неуклюжий, чтобы вонги поверили, что этот фрейтер управляется далеко не лучшим пилотом. Ближайшее звено «прыгунов» шло курсом перехвата, даже не позаботившись о том, чтобы развернуться в боевую формацию. Более дальнее звено с другой стороны мины-довина начало не спеша делать вокруг мины петлю, которая должна была вывести их к «Соколу».

«Интересно…»

Пока между ними и «Соколом» находится мина-довин, им будет трудно следить за маневрами «Сокола».

– Капитан Соло? – раздался голос в наушниках, – Это коммандер Дориа. Я на месте стрелка в верхней башне.

– Постарайтесь не сбить сенсорную антенну, – сказал Хэн.

Взглянув на монитор, он заметил, что дальнее звено находится точно за миной-довином. Хэн неожиданно изменил курс, направив корабль прямо на мину-довин на максимальной скорости.

Сейчас мина-довин находилась точно между «Соколом» и дальним звеном. Гравитационное искажение от мины-довина воздействовало на гравитационные сенсоры «йорик-эт» и не позволяло следить за «Соколом».

– У нас три стандартных минуты до контакта с врагом, – объявил Хэн, – По моей команде открыть огонь прямо по курсу.

– Прямо по курсу? – спросил мягкий голос Дориа, – Это какой-то… необычный маневр?

– Не отвлекайте пилота! – резко ответила Лейя, – И не занимайте канал, если у вас нет важных сообщений.

– Приношу извинения, – прошептала Дориа.

Хэн усилием воли подавил раздражение. Взглянув на пустое кресло второго пилота, в котором когда-то сидел Чубакка, он подумал, что очень хочет, чтобы Чубакка сейчас был здесь и управлял «Соколом», а сам Хэн занял бы место стрелка. Но Чуи погиб – это была первая смерть, поразившая Хэна в сердце. Чубакка погиб, Энакин погиб, Джейсен пропал без вести и тоже, вероятно, мертв – так считают все кроме Лейи… Смерть как будто идет по его следу и хочет забрать всех, кто ему дорог. Поэтому он отказался, когда Вару предложил взять на себя долг жизни Чубакки. Он просто не хотел, чтобы по его вине погиб еще один друг.

Но сейчас Лейя считала, что Джейсен жив. И это не была призрачная надежда, основанная на желании матери снова увидеть своего сына, как Хэн считал раньше, это было сообщение, отправленное сквозь Силу и предназначенное самой Лейе.

Хэн не умел управлять Силой, но он мог доверять Лейе. Его сын был жив. Может быть, смерть сбилась со следа…

«Оставайся бдительным», сказал он себе, «Оставайся сильным. Ты не должен умереть сегодня»

Его наполнила холодная решимость.

«Пусть йуужань-вонги заплатят за все…»

Он бросил последний взгляд на экраны. Ближнее звено разделилось на две V-образные формации, в каждой по три «прыгуна». Они не слишком быстро среагировали на его изменение курса, и Хэн подумал, что командир вонгов, вероятно, попался не очень сообразительный, что, несомненно, было хорошо.

Сейчас было невозможно увидеть, что делает дальнее звено, но Хэн помнил траекторию их полета, и у них пока не было причин менять ее.

Мина-довин приближалась. Шпангоуты корпуса издали стонущий звук, попав в ее гравитационное поле.

– Десять секунд… – сообщил Хэн, приводя в боевое положение установки для запуска самонаводящихся ракет. Напряжение придало его голосу металлический отзвук. Он чувствовал, что по лбу течет пот.

– Пять… – он выпустил первую пару самонаводящихся ракет, зная, что они, в отличие от лазерных разрядов, не могут лететь со скоростью света.

– Три… – Хэн выпустил еще одну пару ракет. Двигатели «Сокола» пронзительно выли, сражаясь с притяжением довина.

– Огонь!

Огромная мина-довин пронеслась мимо, и неожиданно на экране сенсорной станции появились шесть приближающихся вражеских истребителей – прямо перед «Соколом». На них сразу же обрушился огонь восьми лазеров.

Строй этих «прыгунов» также был разделен на две V-образных формации, и они летели к «Соколу» со скоростью около 90 % скорости света. Их довины не успевали создать гравитационные пустоты для защиты передней полусферы, и у пилотов была лишь доля секунды, чтобы взглянуть в лицо смерти – времени что-то сделать не оставалось. Первые три живых истребителя сразу же стали жертвами лазерного огня и самонаводящихся ракет, их йорик-коралловые корпуса, извергнув огонь, разлетелись на осколки.

Со второй формацией не удалось разделаться так чисто. Один «прыгун» получил попадание самонаводящейся ракетой, и, потеряв управление, полетел во тьму, из пробоин в его корпусе вырывался огонь. Второй попал под залп счетверенных лазерных пушек и взорвался. Третий сумел избежать попаданий и быстро скрылся за миной-довином, где сенсоры не могли его обнаружить.

Сердце Хэна наполнилось ликованием. Четыре подтвержденных победы и одна вероятная. Неплохое начало…

«Сокол Тысячелетия» затрясло от мощного притяжения мины-довина. Хэн нахмурился, проверяя показания приборов. Он надеялся сделать петлю вокруг огромного довина и использовать его гравитацию для ускорения и выхода в гиперпространство, пока первое звено «прыгунов» не вмешалось в бой. Но довин оказался сильнее, чем он ожидал, или, возможно, йуужань-вонгский командир приказал усилить гравитационное поле. Республиканские военные еще очень мало знали о том, как работает живое оборудование йуужань-вонгов, так что такое было вполне возможно.

В любом случае «Сокол» не мог сейчас набрать достаточную скорость, чтобы уйти. А если сбежать не получится – придется драться.

Звено из шести «прыгунов», тех, что первыми заметили «Сокола», вошло вслед за ним в гравитационное поле довина. Единственный уцелевший истребитель из второго звена описывал петлю вокруг довина и пока его можно было не принимать в расчет.

«Хорошо, если это сработало один раз…»

– Дамы, держитесь крепче! – предупредил он по комлинку, – Сейчас мы повторим маневр!

Хэн почувствовал жестокое удовольствие, направив «Сокол» в следующий вираж вокруг довина. «Значит, напали на мою галактику? Крутые, да?»

Они несомненно должны были увидеть начало его маневра, поэтому Хэн немного изменил траекторию, чтобы мина-довин находилась прямо между ним и «прыгунами». После этого он изменил траекторию еще раз, просто для надежности. Если у командира йуужань-вонгов было хоть немного мозгов, он должен был сделать то же самое.

Сейчас противники не видели друг друга. Проблема была в том, что йуужань-вонги уже видели его тактику в действии, и сейчас уже не полетят просто так под лазерные пушки. Они подготовят гравитационную защиту и будут готовы открыть огонь.

– Приготовьтесь, – приказал Хэн своим стрелкам, – На этот раз у нас вряд ли все выйдет так же здорово, и я не могу точно сказать, где будут находиться наши цели. Поэтому готовьтесь стрелять по ним, где бы они ни были.

– Хорошо, – сказала Лейя.

– Понятно, – ответила Дориа.

– Коммандер Дориа, – сказала Лейя, – вы видите, что стволы вашей установки отрегулированы так, что огонь ведется по слегка расходящимся траекториям?

– Да.

– Не исправляйте ничего. Они специально так настроены.

– Я так и подумала. Я не буду изменять настройку.

Боль пронзила сердце Хэна. Это его сын Энакин обнаружил, что если стрелять по скипперам из счетверенной лазерной пушки, настроенной таким образом, то по крайней мере один лазерный разряд не улавливается защитной гравитационной аномалией и попадает в цель.

«Энакин… Он тоже мертв…»

– Двадцать секунд, – сказал Хэн, больше, чтобы отвлечь себя от затопляющего его горя и ярости.

Через десять секунд он выпустил пару ракет, просто на случай, если ему опять повезет, и звено вражеских истребителей окажется прямо перед ним. У него просто не было выбора кроме возможности доверять своей удаче. Через пять секунд он выпустил еще одну пару ракет.

«Вы не сможете помешать мне снова увидеть Джейсена!»

В следующую секунду в щиты «Сокола» ударили плазменные разряды, прямо перед кораблем сверкнула ослепительная вспышка – первая пара ракет нашла цель. Сердце Хэна вздрогнуло, когда йорик-коралловые осколки врезались в дефлекторное поле «Сокола» и сгорели в нем, рассыпавшись разноцветными искрами. Мимо «Сокола» с огромной скоростью пролетел йуужань-вонгский истребитель, слишком быстро, чтобы Хэн мог проследить за ним.

Если бы первый «прыгун» не был уничтожен, «Сокол» мог столкнуться с ним и погибнуть.

Хэн попытался успокоиться, следя на экране сенсора за маневрами вражеских истребителей вокруг мины-довина. Через секунду он понял тактику противника. Две V-образных группы разделились на три пары и летали вокруг довина, очевидно надеясь, что хотя бы одна пара сможет атаковать «Сокола», когда он будет пролетать мимо. У них была явная возможность вывести «Сокола» из строя таранным ударом.

Аппаратура связи начала издавать ритмичный скулящий звук, и Хэн выключил ее. На мониторе он увидел, что «Сокол» только что потерял антенну гиперкома.

«Плевать…» Они все равно не собирались связываться с кем-то по гиперкому в этом полете.

Приободрившись от мысли, что он сможет выиграть бой прежней тактикой, если будет сбивать по одному «прыгуну» в каждый заход, он снова направил корабль к довину. На сенсоре появился еще один «прыгун», последний выживший из уничтоженного звена. Его пушки извергли потоки плазмы.

Он явно намеревался помешать «Соколу» выйти на идеальную траекторию для полета вокруг довина. Хэн с трудом удержавшись от ругани, предупредил своих стрелков:

– Противник с левого борта!

Хэн маневрировал так, чтобы дать обеим турелям наилучшую возможность поразить противника, и он услышал, что счетверенные лазерные пушки открыли огонь. Лазерные разряды вспыхивали вокруг вражеского истребителя, странно изгибаясь там, где защитная гравитационная аномалия искажала пространство. Ответный огонь «прыгуна» плазмой расплескивался по щитам «Сокола», но не мог их пробить. Пламя вырвалось из корпуса живого истребителя, когда лазерные разряды попали в цель. «Прыгун», вероятно, уже не мог управляться. Следующий лазерный залп превратил его в кучу раскаленных осколков, разлетевшихся как фейерверк.

– Отличный выстрел, коммандер!

Это голос Лейи. Хэн был очень рад, что Вана Дориа оказалась неплохим стрелком.

«Шесть сбиты, один поврежден, осталось пять…»

Хэн продолжил вести «Сокол» в следующий заход вокруг довина, но он знал, что последний «прыгун» задержал его маневр, и противник может оказаться совсем не там, где ожидалось.

Взгляд на мониторы показал, что пять уцелевших истребителей «йорик-эт» по-прежнему летали вокруг довина – две пары и последний из третьей пары. Они делали виражи, заходя на довин с разных направлений и постоянно меняя курс. Это означало, что теперь Хэн не сможет сделать так, чтобы довин закрывал его от гравитационных сенсоров всех истребителей сразу. И те, кто видит «Сокола», смогут сообщить о его позиции тем, кто его не видит.

Преимущество, которое он использовал, исчезло. Видимо, йуужань-вонги начали что-то соображать.

Но тут Хэн придумал новое решение: благодаря тому, что «прыгуны» теперь не держатся вместе, и это означало, что «Соколу» придется иметь дело не более чем с парой истребителей одновременно. Это можно было использовать…

Он повел корабль к довину, позволяя гравитационному полю захватить его.

– Что мы будем делать, Хэн? – спросила Лейя.

– Кое-что из старых фокусов, – ответил Хэн.

«Вот только что именно?»

Его разум отчаянно пытался найти решение, пока «Сокол» летел прямо в гравитационную аномалию. Ясно, что первая пара «прыгунов» окажется у довина раньше чем он, одиночный истребитель будет там одновременно с «Соколом», а вторая пара – немного позже. Единственный способ повторить тактику, так хорошо сработавшую сначала – атаковать вторую пару истребителей, находившуюся сейчас дальше всех, но при этом «Сокол» неизбежно будет атакован тремя другими «прыгунами». Если же он атакует первую пару, остальные, завершив маневр, окажутся на хвосте «Сокола».

Йуужань-вонги неплохо подготовились. Если, конечно, не сделать то, чего они совсем не ожидают. Если он не полетит к довину, чего они явно ждут…

Хэн выключил маршевые двигатели и включил маневровые, дав задний ход. «Сокол» резко замедлил скорость, как будто в чем-то увязнув.

– «Прыгуны» пересекают курс с левого борта! – сообщил он стрелкам.

Залп плазмы обозначил позицию первой пары йуужань-вонгских истребителей, появившихся из-за довина. Плазменные разряды прошли на значительной дистанции по носу «Сокола», за ними пролетели сами истребители. Турели «Сокола» обстреляли их, но Хэн не заметил попаданий. Выключив все двигатели, он позволил гравитации довина принять «Сокол» в свои объятия.

Он едва не ошибся в расчете времени: плазменный залп одиночного «прыгуна» едва не попал в корму «Сокола». Сам истребитель пролетел в опасной близости от кормы. Хэн дернул штурвал, резко разворачивая корабль не к довину, а от него.

Хэн сейчас рассчитывал на то, что живые системы связи истребителей «йорик-эт» подвергаются воздействию помех от гравитационного поля довина, и пилот «прыгуна», атаковавшего «Сокол», не сможет сразу сообщить о местонахождении противника своим товарищам. Эту лишнюю пару секунд задержки можно будет использовать: он снова направит «Сокол» к довину, пока первая пара истребителей не атакует его, тогда он сбросит скорость, и «прыгуны» пролетят мимо, подставившись под огонь. Потом одиночный истребитель, пилоту которого сообщат, что противник сбросил скорость, сам уменьшит скорость и попадет под огонь турелей.

После этого останутся два последних «прыгуна», и если они появятся там, где Хэн рассчитывал, они станут легкой мишенью.

– Истребители с правого борта. Огонь прямо по курсу по моей команде, – приказал Хэн, снова разворачивая корабль по направлению к довину. Было легче развернуть корабль в этом направлении, чем объяснить стрелкам, где именно по расчетам Хэна должен оказаться враг.

Его сердце вздрогнуло, когда два «прыгуна» появились точно там, где он предполагал, прямо между «Соколом» и миной-довином. Два истребителя летели крылом к крылу, извергая залпы раскаленной плазмы. Счетверенные лазерные пушки «Сокола» поразили обе цели с исключительной точностью. Один вонг взорвался сразу, второй вошел в неуправляемый штопор и улетел во тьму.

«Семь сбиты, два выведены из строя! Отличный счет, а день еще только начался…»

На лице Хэна появилась улыбка. Он продолжал вести корабль к довину, не потому, что хотел атаковать следующего противника, а потому, что хотел спрятаться: три оставшихся истребителя уже пытались сесть на хвост «Соколу». Но на этот раз он не собирался использовать гравитацию довина, чтобы придать «Соколу» ускорение и вывести его на новую траекторию: вместо этого он вышел на орбиту мины-довина. Шпангоуты корабля заскрипели, подвергаясь страшной нагрузке.

Впереди, сквозь пространство, искаженное гравитацией, Хэн увидел что-то, похожее на вражеский истребитель.

– Противник прямо по курсу! Огонь! – приказал он. Лазерные разряды, искривленные гравитационным полем, разлетелись, как огненная радуга.

– Продолжать огонь! – Хэн немного довернул корабль. Лазерные разряды вонзились в хвостовую часть «прыгуна» и разорвали ее.

Лейя и даже сдержанная Вана Дориа не удержались от крика радости.

– Заградительный огонь для защиты задней полусферы! – приказал Хэн, добавив энергии в маршевые двигатели: находясь внутри гравитационного поля, искажавшего пространство и мешавшего работе сенсоров, он не знал, где находятся уцелевшие «прыгуны», и боялся, что они уже на хвосте «Сокола».

Он почувствовал большое облегчение, когда сенсоры все же показали положение противника: два «прыгуна» вышли из гравитационного поля и находились достаточно далеко. Хэн продолжал вести корабль прежним курсом, надеясь, что йуужань-вонги решат, что на сегодня с них хватит. Но нет, они снова направились к довину, намереваясь атаковать «Сокола».

На сенсорах появились еще два истребителя – поврежденные, но еще способные вести бой. Они направлялись к «Соколу» с разных сторон.

Хэн развернул корабль к одному из поврежденных йуужань-вонгских истребителей, надеясь уничтожить его до того, как успеют атаковать два неповрежденных.

Взвыл сигнал тревоги, и на мониторе сенсорной станции появились двадцать четыре истребителя, выходящих из гиперпространства позади «Сокола».

Долго сдерживаемая ярость все-таки прорвалась.

– Это нечестно! – закричал Хэн, стукнув кулаком по консоли. Но потом, рассмотрев конфигурацию прибывших истребителей, он включил систему связи.

– Неизвестный фрейтер, – сообщение шло на республиканской частоте, – измените курс на 40 градусов влево.

Хэн повиновался, и четыре истребителя пролетели прямо рядом с рубкой «Сокола». Он увидел силуэты чисских «Когтей» – круглый кокпит сиенаровского дизайна с двигателями и вооружением на четырех когтеобразных пилонах, результат сотрудничества чиссов с имперскими конструкторами под руководством гранд-адмирала Трауна.

Хэн подумал, что когда-то появление имперских истребителей означало смертельную опасность, и непривычно сейчас видеть их союзниками.

– Коммандер Дориа, – сказал он, – Похоже, у нас тут ваши друзья.

Еще две четверки «Нсиссов» пролетели мимо «Сокола», за ними следовали три звена республиканских Е-образных истребителей «ФрайТек». Прямо перед «Соколом» формация разделилась, три звена начали охоту за уцелевшими «прыгунами», а два оставались в резерве.

– Спасибо вам, ребята, – сказал Хэн, – но мы и сами тут неплохо справлялись.

– Неизвестный фрейтер, не вмешивайтесь в бой, – голос имперского пилота звучал слегка надменно, и Хэн подумал, что знает его, – Мы разберемся с ними.

– Ладно уж, развлекайтесь, – ответил Хэн, и стал наблюдать, как «Нсиссы» и Е-образные добивали оставшихся «прыгунов». Йуужань-вонги не могли уйти в гиперпространство, и бой был для них безнадежным.

Прибывшие истребители без всякого риска для себя расстреляли «прыгунов», не понеся никаких потерь. После этого торпедами и лазерным огнем была уничтожена мина-довин.

– Отличная работа, – сказал Хэн.

– Пожалуйста не занимайте канал, если у вас нет срочных сообщений, – сказал командир истребителей.

Хэн усмехнулся.

– Есть не столь срочное сообщение, полковник Фэл, – сказал он, – Я просто хотел пригласить вас на борт «Сокола Тысячелетия» на встречу с капитаном Хэном Соло, принцессой Лейей Органой Соло и коммандером Ваной Дориа. Кстати, коммандер Дориа – имперский офицер.

В переговорах наступила долгая пауза.

– Да, капитан Соло, – сказал наконец Джаггед Фэл, – это честь для нас.

– Жду вас на борту, – сказал Хэн, – мы приготовим стыковочный док.

После этого он вызвал по комлинку С-3РО и приказал готовить обед для гостей.