"Газета День Литературы # 111 (2005 11)" - читать интересную книгу автора (День Литературы Газета)

Владимир Бондаренко И ВНОВЬ УБИТ КОЛЯ РУБЦОВ


Совсем скоро, в январе, мы будем отмечать юбилей великого русского поэта Николая Рубцова. И вот за два месяца до этого юбилейного семидесятилетия в Санкт-Петербурге убит его внук, шестнадцатилетний подросток Николай Рубцов. Что это — некое ритуальное убийство? Разгул сатанинских сил и кровавой русофобии в вотчине Валентины Матвиенко? Или простое бесчинство пьяных самодуров? Осознанное убийство или случайное происшествие? Подросток Николай Рубцов занимался боевыми видами самообороны, мог за себя постоять, так что вряд ли убийство совершил обезумевший наркоман или перепившийся алкоголик. Тем более незадолго до убийства, 2 октября, на него уже было совершено покушение, после которого он некоторое время находился с сотрясением головного мозга в больнице. На сотовый телефон его отца всё время шли сообщения "Для Коли: мы всё равно тебя достанем".


Вот и достали. Но наша доблестная милиция делает вид, что произошёл несчастный случай, подросток сам, мол, выпал из окна. Не замечает ничего и пресса, ни питерская, ни федеральная. Еще бы, это когда убивают таджикскую девочку или перуанского студента, поднимают мировой шум — русские фашисты убивают инородцев. А вот когда убивают русского подростка, даже если он внук гениального поэта, это никому из наших либералов, никому из властей не интересно. Что-то не слышно и высказываний Валентины Матвиенко по поводу новых "нелюдей", совершивших столь зверское преступление. Или на права русских наша придворная дама никогда не обращает внимания? Пусть хоть всех русских переубивают у неё на глазах, отвернётся и пойдет заботиться о правах приезжих с востока наркодельцов.


Не удивлюсь, если даже уголовное дело не откроют, спишут за ненадобностью. А представьте, убили бы внука Буша или внучку самой мадам Матвиенко, какой благородный гнев услышали бы мы по всем каналам телевидения. Любого убитого человека мне по-христиански жалко, какого бы возраста и какой бы национальности он ни был. Но всё-таки, когда накануне юбилея любимейшего народом поэта прилюдно убивают его внука, и когда об этом позорно молчит вся государственная пресса, всё демократическое телевидение, — это продолжение войны с русским народом. Да, прав полковник Квачков в интервью с Прохановым: мы живём в оккупированной стране. А что для оккупантов и их слуг великая русская поэзия, славный русский род и судьба одного из продолжателей русской культуры.


Часто в делах, связанных с убийством восточных пришельцев, выясняется совсем иная криминальная подоплёка убийства. Но эти подробности уже в прессе не сообщаются. Важен факт: убили таджика или азербайджанца, чечена или африканца. И всегда вступаются посольства, представляющие страну, из которой прибыла несчастная жертва. Какое посольство способно вступиться за внука светлого русского лирика Николая Рубцова? "Россия, Русь, храни себя, храни…"


Увы, не храним. Ни демонстраций протеста, ни громких заявлений общественности. А ведь убийство-то произошло в канун сатанинского хеллоуина, который по России отмечали с пышностью давнего и любимого национального праздника. Может быть, таким ритуальным убийством решили отметить скорое пришествие антихриста? Молчание властей напоминает мне молчание швейцарской кампании Скайгейт, не заметившей своей вины в крушении русского самолёта. В результате этого позорного молчания и возник протест Виталия Калоева. А если в результате осознанного умалчивания убийства внука Николая Рубцова кто-то убьет внука Чингиза Айтматова или внучку Анатолия Рыбакова, опять кричать будут о разгуле русского шовинизма? Так может быть, питерским властям не надо доводить до этого разгула?


Кто бы его ни убил, а я надеюсь, и наши писательские протесты, и протесты православной общественности заставят обратить внимание на это хладнокровное убийство и прокуратуру и официальные власти, даже если это сделали не сатанисты и ритуальные маньяки хеллоуина, а обычная криминализированная питерская шпана, они прекрасно знали, что убивают внука великого поэта. Им было всё равно.


Страшно жить в такой денационализированной стране, где даже президент боится признаться в своём русском происхождении, где позорной кличкой "россиянин" хотят заменить гордое имя "русский". Где ликвидирована вся система профтехобразования, приучавшая подростков к труду и дававшая им высокотехничные профессии. Где отданы под салоны и бизнесцентры все дома культуры с их былыми бесчисленными кружками. Где отданы под гаражи все спортивные площадки для детей. "Нелюди" — отвечаю я спесивой барыне Матвиенко — это все те, кто создал в нашей стране такую кровавую атмосферу. А создавала её и она сама, и все её приспешники по бизнесу.


Убийца поэта, Людмила Дербина, проживающая в том же Санкт-Петербурге, собирает вокруг себя уже толпы приверженцев, добиваясь полной реабилитации, подумаешь, придушила какого-то русского стихоплёта. Может быть, в толпе этих реабилитаторов убийства и родилась идея новой мести русской национальной культуре? Знали всё — и убивали.


Блюстители порядка, даже если и найдут убийц, скажут, что политика и культура, национальность и значимость деда тут не при чём, мол, повздорили и случайно выкинули из окна.


Это же в адрес наших и милицейских и властных чинов, в адрес самого президента Путина звучат гневные строки Михаила Лермонтова: "Не мог понять он нашей славы,/ Не мог понять в тот миг кровавый, / На что он руку подымал…"


Несчастна та страна, где не ценят память своих великих творцов…