"Жребий Судьбы" - читать интересную книгу автора (Казанцева Марина Николаевна)

ГЛАВА 1. Магические контрмеры



От нового учебного года Лёнька ждал многого. Это и встреча с товарищами, и надежды на лучшее будущее с Наташей. Ему казалось, что после необыкновенных июньских приключений и последующей двухмесячной разлуки их встреча будет особенной. И вот наступил день первого сентября, и Косицын обнаружил, что всё совсем не так как ему думалось.

Он стоял в компании своих одноклассников, слушал их рассказы о каникулах, смеялся над анекдотами, приколами, а сам то и дело оглядывался, отыскивая глазами Наташу — она затерялась где-то в девчоночьей толпе. И вот он её увидел. И едва узнал. Платонова не принимала участия в оживлённой трескотне одноклассниц — она вообще стояла в стороне. Лишь когда все начали строиться, она подошла, кивнула Лёну, как будто уже виделась с ним, и молча заняла место в шеренге. Наташа сильно изменилась за два летних месяца. Она подросла, стала взрослее и несказанно красивее — девчонки так и косились на неё. Но этого мало, её внешность приобрела черты законченной классической красоты, чувствовался стиль. Ни сюсюканных детских бантов, ни дешёвых побрякушек, ни кроссовок с белыми гольфами.

Строгая плиссированная голубая юбка, белая водолазка, синий пиджак и дорогие туфли на каблуках смотрелись, словно благородная форма студентки какого-нибудь Оксфорда. У Наташи оказались стройные длинные ноги с благородно — узкими коленками — явление вообще не свойственное в среде отечественных красавиц, поэтому на Платонову так и пялились ребята, чем вызывали гнев и негодование девичьей стаи — она никак не вписывалась в обстановку не то что класса, а даже школы. Но, понять, что она ощущает под косыми взглядами одноклассниц, было сложно — глаза Наташи скрывались за дорогими очками с затемнёнными стёклами.

— Здравствуй, Наташа, — он всё же решился подойти к этой незнакомке.

— Здравствуй, Леня, — с какой-то едва уловимой отстранённостью ответила она, и по этому тону он понял, что прежней простоты отношений между ними уже не будет. Похоже, за эти два месяца, проведённые с родителями где-то на экзотических островах, Наташа обрела новые, более взрослые знакомства, и полудетская дружба с Косицыным её более не интересует.

Лицо её обрело нездешнюю ухоженность, над причёской явно поработал хороший парикмахер, и даже манера двигаться утратила подростковую угловатость и приобрела законченность и плавность, словно Наташа занималась танцами. Эта новая девушка была незнакома Лёньке, поэтому он под удобным предлогом отошёл в сторону. Хоть он и стал рослее почти всех своих одноклассников, но этой строгой леди явно не подходит. Печаль вдруг охватила его, и это маленькое событие показалось ему предвестником будущих неприятностей.

— Облом произошёл? — прозорливо догадался Костик Чугунков.


***

Вероника Марковна в конце прошедшего учебного года собрала весь учительский состав и провела не вполне обычный педсовет. Дело в том, что минувшее второе полугодие школа ощущала последствия недавних и ничем не объяснимых событий. Почти весь педколлектив испытал стресс. Ученики разболтались донельзя и неудивительно: педагоги были деморализованы. Их жизненные позиции, духовные ценности и материалистические представления были поколеблены. Директор, как опытный руководитель, понимала, насколько это серьёзно. Кое-кто поговаривал об увольнении или переходе в другую школу. Особенно после ухода Антонины Андреевны. Все боялись начала нового учебного года. И тогда Вероника Марковна предложила простой выход: выбросить всё из головы и жить нормально дальше. Не было ничего. Никакого полтергейста.

— Нам дети не поверят, — сказала Лариса Николаевна.

— У них не будет иного выхода, если вы будете пресекать все разговоры о потусторонних котах и гномах, — жёстко ответила Вероника Марковна. Учительница начального второго "Г" была у неё на заметке. Кажется, это у неё были в классе гномы. И ей это понравилось. Как сейчас недоставало педагога Ковалёвой!

— Я согласна, — низким голосом сказала Маргарита Львовна, математик. Она сильно сдала за лето: тёмные круги под глазами и нездоровый цвет лица.

Все единогласно присоединились. Отметать все обвинения в полтергейсте. Не сдаваться, и точка. Дело осложнялось только тем, что в школу ожидали новых учителей. Вероника Марковна решила подыскивать мужчин. Из сильного пола в школе было только четверо. Трудовик, пожилой и тихий. Завхоз, тоже мало что могущий. Физрук, который умел только свистеть в свистульку. И физик, о котором отдельный разговор.

Она выполнила свой план. И не только.


Прошлый учебный год нелегко дался директору Веронике Марковне. Всё лето она раздумывала над тем, что случилось в октябре, над тем как долго ещё лихорадило школу после стихийного нашествия нечистой силы. Вероника Марковна всерьёз думала, не рехнулась ли она, но пришла к выводу, что всё же не рехнулась.

Посоветовавшись с завучем Изольдой Григорьевной, она ещё больше укрепилась в мысли, что экспансия полтергейста в школе действительно имела место, хотя все следы его пребывания исчезли сами собой. Но по-настоящему поразило её известие о том, отчего историк Татьяна Владимировна так поспешно ушла на пенсию. Под страшным секретом завуч Кренделькова рассказала директрисе, что у исторички вырос настоящий змеиный язык! И продолжалось это до самого Нового Года — даже после ухода нечистой силы! И только после выхода на пенсию язык снова стал нормальным!

Страх мучил Веронику Марковну всё лето — она боялась возвращения полтергейста. И вот, придя из отпуска в начале августа, она решилась позвонить одним своим знакомым — те, кажется, тоже испытывали проблемы с нечистой силой и рассказывали Веронике про специалиста из некоего Кризисного Центра, который избавил их от вредных барабашек.

Как ни было Веронике противно, она всё же превозмогла себя и попросила телефончик. И вот предприняла она визит в этот самый Кризисный Центр — тьфу, тьфу! — как гадко сознавать в себе склонность к иррациональным суевериям!

Кризисный Центр оказался ого-го каким солидным заведением! Большое здание, окружённое фигурной оградой с кирпичными столбами, на верхушках — стильные горгульи, литой дракон на двустворчатых воротах. Будка для охранника с дистанционным управлением воротами — застеклённый со всех сторон кубик со сказочной четырёхскатной крышей, крытой черепицей. В обширном дворе стоят здоровенные чёрные джипы, лениво ходят крутые молодцы в пятнистом камуфляже, в чёрных очках и с дубинками.

Робея перед роскошью современной магической власти, Вероника Марковна протянула охраннику глянцевую визитку и что-то пролепетала про знакомых. Охранник ничему не удивился, позвонил куда-то по наворочанному селектору, и Веронику пропустили в узорчатую чугунную калиточку.

Глава Кризисного Центра, против ожиданий, не был наряжен в чалму и восточный халат, расшитый кабаллическими символами. Невысокий лысоватый человек лет сорока пяти в современной тройке и круглых очках сидел за широким двухтумбовым столом красного дерева с золочёной рельефной резьбой. И благоухал он вовсе не ладаном и мирром, а дорогим одеколоном. Лишь золотой пудель на золотой же цепочке красовался на его груди, да элегантная чёрная водолазка вместо белой рубашки с галстуком.

Вероника была приятно поражена тем вниманием, с которым её встретили. Похоже, она действительно отстала от жизни в своей школе, если думала, что современные маги походят на дремучих алхимиков средневековья.

Старшего магистра Кризисного Центра звали Павел Андреевич Чумакович. Был он человеком весьма образованным, речистым и приветливым. Выслушав сбивчивый рассказ Вероники, он не только не рассмеялся, но и даже горячо заинтересовался случаем в школе.

Директриса была поражена: оказывается так называемое трансцендентальное действительно существует! И более того, с ним можно и нужно бороться! Даже более того, она просто себе не представляет масштабности нашествия полтергейста! Чего там квартиры — целые организации подвергаются вредному влиянию чертовщины! Их Центр работает по вызовам днём и ночью!

— Что же делать? — спросила она.

— Бороться, дамочка, — охотно ответил ей лысоватый и кругленький специалист по борьбе с потусторонним.

И посвятил её в некоторые детали бытия. Только невежественные люди думают, что весь мир укладывается в схему философии материализма. На самом деле миру свойственна дуалистичность.

Сопротивление Вероники Марковны было недолгим — она сдалась перед энергией магистра.

— Солнце моё! — с очаровательной фамильярностью воскликнул он. — Вы определённо заблуждаетесь! Неужели вы думали избавиться от так называемой нечистой силы лишь доводами рассудка?! Вам просто повезло, что вы так дешево отделались! Подумаешь, какой-то ремонт какого-то там зала! Да вам просто дилетанты попались — гномы, ха-ха-ха! Да вашу школу могли по кусочкам разнести! Вы говорите: свинячьи носы, лошадиные копыта, уши? Змеиный язык у исторички? Да-с, это хулиганство очень характерно для мелкого полтергейста. Ведьма, говорящий кот на задних лапах, филин-оборотень? Да, это признаки слабонапряжённого астрала. Несерьёзные выходки — как раз его стиль.

Так он ошарашил Веронику, а потом всё же утешил. Ничего не поделаешь, раз уж чёрный астрал облюбовал себе эту школу, в новом учебном году вполне возможно ждать возвращения прежних пакостей. Насчёт приглашения священника и окропления школы святой водой Павел Андреевич не возражал — хуже не будет, но всё же посоветовал принять более солидные меры.

В тот же день магистр лично выбрался осмотреть школу, чтобы прикинуть смету для защитных мер.


— Ох, солнце моё, как же у вас тут всё запущено! — воскликнул Павел Андреевич, осматривая только что побелённые потолки коридора. — Вон, посмотрите, всё сплошь поросло астральным мхом!

Изумлённая Вероника рассматривала свежую побелку и не видела никакого мха.

— А это что у нас? — уже бежал магистр дальше. — Так, вход в учительскую заговорён на головную боль. У вас учителя не жаловались на спазмы в висках?

— А ведь точно жаловались! — вспомнила Вероника.

Так, сходу, лишь при первом беглом осмотре, магистр выискал целую кучу магических заморочек, оставленных сгинувшим полтергейстом. А они-то с Изольдой радовались, что ведьма слиняла вместе со своим паноптикумом! Тогда Вероника и призналась магистру, что подозревает в сговоре с нечистой силой одного из учеников. Да только поделать с этим ничего нельзя — нет такого закона.

— Что ж, ничего странного, — серьёзно отозвался магистр. — Сейчас есть такие молодые колдуны, что старым сибирским шаманам с их бубнами такое и не снилось.

Короче, убедил он директрису, что необходимо иметь в школе постоянный пост для отражения атак чёрной магии. И лучше всего сделать это под видом нового предмета. Такой передовой школе следует опережать время, тем более, что и финансирование у неё на порядок выше, чем в других школах. Необходимо создать кабинет прикладной магии и экстрасенсорики. Дико звучит? Ох, Вероника Марковна, до чего же вы отстали от жизни! Вы разве не знаете, что президенты в развитых странах имеют в своём ближайшем окружении магов и экстрасенсов? Что они все свои шаги сверяют с гороскопами. Ну и что, если это будет первый эксперимент в школьной практике? Боитесь, что в департаменте поднимут на смех, не дадут средств? Успокойтесь, милая, у Павла Андреевича везде есть связи. К тому же, их школе, как первопроходцам новой школьной реальности, будет хорошая скидка. И спонсоры помогут.

У консультанта в самом деле имелись широкие связи, его услугами пользовались многие местные политики и это как нельзя более убедило Веронику, что давно пора перестраиваться на современные научные рельсы. Тот позвонил туда-сюда и на удивление быстро всё организовал. Оказывается, руководство департамента было в курсе некоторых событий прошлого года — совсем такое позорище не утаить. И Веронике позволили в виде эксперимента ввести курс чёрной магии и каббализма в восьмых-девятых классах.

— Ничего не бойтесь, рыбонька моя, — заявил научный глава Кризисного Центра. — Летучие мыши по вашей школе порхать не будут, саламандры не поползут. Всё будет абсолютно пристойно.

Итак, дело закрутилось и вот, всего за две недели до начала учебного года по школе забегали рабочие. Они быстро и деловито взялись за переоборудование бывшего кабинета литературы, покинутого Антониной. Экономная побелка потолков и покрас стен зелёной эмалью привели магистра в хохот.

— Рыба моя! — смеялся он. — Говорю вам, у вас будет передовой кабинет прикладной магии! Долой эти жалкие парты, крашеные в цвет серой тоски! Долой эти мещанские тюлевые занавески!

Вероника только глаза раскрывала при виде материалов, что пошли на отделку кабинета. Магистр прерывал её растерянный лепет словами:

— Перестаньте волноваться. Вам не придётся отчитываться за перерасход средств. Всё переоборудование производится за счёт спонсорских пожертвований. Ваша задача — только устроить моего человека на должность учителя и дать ему оклад, чтобы всё было в полном законном порядке.

И приятно удивил директора. Оказывается, районное начальство выбило средства на святое дело. Нынче надо идти в ногу со временем. Вон говорят, все президенты Соединённых Штатов давно пользуются услугами магов, экстрасенсов и колдунов. И вот вам результат: успешные действия по уничтожению запасов ядерного оружия в Ираке. С космической станции оружие не нашли, а маги всё нашли! Вот потому США такая сильная держава. А у нас всё мыслят категориями марксизма-ленинизма. И где он теперь, этот марксизм-ленинизм?


Настал день, когда директора и завуча Кренделькову пригласили принять кабинет современной магии и передовой экстрасенсорики. Робея, женщины вошли в ещё пахнущий мастикой кабинет с массивной лакированной дверью красного дерева. Это действительно было зрелище!

Вся задняя стена представляла собой зеркало, отчего казалось, что класс стал вдвое больше. Глухая боковая стена была обшита панелями — имитацией природного камня, отчего создавалось впечатление старинной замковой кладки. На стене рядами располагались эстампы в элегантных хромированных рамках с изображениями картин средневековой жизни.

Пол покрыт необыкновенно живописным линолеумом с тонко выполненными магическими символами и латинской вязью, отчего приходили на ум ассоциации с каким-нибудь Виндзорским дворцом.

Вместо коротких белых занавесок окна украшались ламбрекенами из чёрного и белого атласа, с богатыми золотыми кистями. Сами оконные рамы представляли собой нечто совершенно уже фантастическое, причём, вместо обыкновенных стёкол — цветной витраж.

Вместо стандартных серых парт стояли элегантные столы — их лакированная чёрная поверхность отражала разноцветный свет от окон. На каждом столе была привинчена волшебная лампа на ножке — светящийся ананас в золотых листьях. И стояли эти столы не как обычно в классах — рядами, а образовывали три дуги.

Навесные потолки со встроенными светильниками, умопомрачительная доска с раздвижными хромированными панелями, экран с дистанционным управлением. И украшение всего — преподавательская кафедра, похожая на трибуну — со множеством ящичков, дверец и прочих приспособлений. Рядом ней, в углу стоял на высокой подставке непонятный золочёный идол чёрного дерева с расписной физиономией, косыми глазами и широкой улыбкой в сто зубов.

— Ну, как вам? — с гордостью спросил магистр.

Женщины молчали, ошеломлённые этой роскошью. В заключение магистр пригласил обеих дам к массивному учительскому столу, который своей монументальностью походил на монарший трон, и показал им фокус.

Павел Андреевич щёлкнул пальцами над кафедрой и воскликнул:

— Кофе!

Тут же часть столешницы сдвинулась, и на поверхность плавно выплыл солидный прибор, который оказался наворочаной кофеваркой! Через полминуты горячий ароматный кофе был готов и подан в красивых китайских чашечках. В кафедре имелась встроенная кофеварка!


Едва окончилось кофепитие, дверь мягко распахнулась и взорам дам предстал молодой человек в элегантном чёрном костюме. На шее у него висел серебряный пудель на цепочке.

— Прошу любить и жаловать! — воскликнул Павел Андреевич. — Ваш молодой коллега — Кирилл Никонович Базилевский!

Новый коллега оказался даже слишком молод — ему едва ли минуло двадцать лет. Очень симпатичный брюнет со сдержанными манерами и благородным лицом потомственного интеллигента, он сразу понравился обеим женщинам.

— Мы вас в обиду не дадим, — тут же пообещала ему Вероника Марковна. — Научим совладать с учениками.


Новому педагогу из Кризисного Центра был только двадцать один год. Тем не менее, молодой Базиль (завуч, как человек в школьных делах опытный, сразу просчитала, какую кличку ему прилепят дети) был очень серьёзным и ответственным человеком. Он ходил по школе с чёрной свечкой и проверял углы на предмет присутствия чуждых сил. При нахождении оных опасные участки блокировались при помощи наговорённых амулетов. Чтобы у учащихся не возникало лишних вопросов, пантакли маскировали под абстрактную живопись. И школа украсилась множеством аккуратных картин в рамочках — это избавило её от излишне казённого стиля.

Все окна и все двери были заговорены. Учителя поспешно раскошеливались и из остатков послеотпускных средств приобретали себе охранные талисманы. Потому что слишком страшную новость принесла завуч Изольда Григорьевна: как историк Ковалёва до самого Нового Года ходила со змеиным языком.

Особенно старательно специалисты поработали со спортивным залом и со столовой. Вот уж где разгнездилась нечисть!

— Да, голуба, — покачал головой Глава Центра. — досталось же вам минувшим годом. Что ж вы всё молчали? Стеснялись? Эх, милая, да кто ж сейчас такого стесняется?! Никто же не стесняется пойти ко врачу с геморроем, а тут духовное здоровье под угрозой!

Не все учителя, конечно, подались в мистическое настроение. Некоторые считали это несерьёзной новомодной блажью. Так, например, физик Вадим Иваныч Карпов всё отрицал. Его наука не допускала никаких астралов, и потому физик лишь смеялся, когда экономичка доказывала ему, что собственными глазами видела говорящего кота. Из женского состава только учитель-словесник Осипова Любовь Богдановна не поддалась паническим настроениям прошлого года.

Районное руководство пошло и дальше. Теперь у входных дверей, в маленьком закутке возле спортивного зала помимо ручек, карандашей, тетрадок, ластиков и дешёвых колечек, будут продаваться заговорённые амулетики, вороньи перья, кропильницы, астральные карандаши, магические цепи и карманные наговорники.


Успокоенная поддержкой из Центра и благословением из департамента образования, глава педагогического коллектива на первом же августовском педсовете обнадёжила подчинённых: всё будет хорошо — Вавила не вернётся. Оставалась последняя заноза: этот рыжий рыцарь Косицын. К огорчению директора, он никуда не подевался и по сравнению с прошлым годом вымахал, как десятиклассник. Но теперь Вероника Марковна готова встретить неприятности во всеоружии, а твёрдости ей не занимать. Только нужно соответствующе подготовить новых