"«Если», 2009 № 04" - читать интересную книгу автора («Если» Журнал, Булычёв Кир, Дивов Олег...)

ВИДЕОДРОМ

Реквием американскому мифу


Почти четверть века назад вышли в свет два революционных графических романа, мгновенно ставших культовыми и вывернувших наизнанку индустрию комикса: «Темный рыцарь возвращается» Фрэнка Миллера и «Хранители» Алана Мура.


Видимо, тогда — между грандиозным нефтяным кризисом и объявлением о создании программы «звездных войн» — в сознании американцев возник некий психологический надлом, потребовавший скептического пересмотра старых национальных мифов. Будущее виделось в мрачном свете, ядерный апокалипсис казался неизбежным, и угрюмые фантазии, развенчивавшие архетип классического комиксового супергероя, оказались как нельзя кстати.

Похоже, сейчас — в промежутке между отрезвившей многих иракской авантюрой и самым серьезным в истории международным финансовым кризисом — массовое западное сознание вновь подвергается существенным подвижкам. Потому что на смену малоосмысленным молодежным экранизациям «Спайдермена» и «Людей Икс» вновь пришли «Темный рыцарь» Кристофера Нолана и «Хранители» Зака Снайдера — и снова практически одновременно, с разницей меньше чем в год.

Визуально фильм Снайдера снят на весьма высоком уровне. Мрачному городу-призраку Готэму, в котором действует Темный Рыцарь, в «Хранителях» соответствует не менее угрюмый, зловещий и равнодушный фантом — Нью-Йорк 1985 года. Это мир, где Никсон переизбран на пятый срок, США одержали сокрушительную победу во Вьетнаме, а завоевать весь цивилизованный мир коварным Советам мешает не ядерный арсенал Штатов, а супермен Доктор Манхэттен — флегматичное и практически всемогущее существо, о котором один из героев восторженно замечает: «Бог существует, и он американец», В таких условиях ненужными динозаврами и даже врагами общества становятся старые добрые супергерои (впрочем, не наделенные сверхъестественными способностями), которые когда-то, в эпоху свинга и джаза, надевали эффектные костюмы с масками и выходили на ночные улицы, чтобы восстанавливать справедливость. И теперь кто-то нелегально продолжает карьеру ночного мстителя, сражаясь больше с полицией, чем со злоумышленниками, кто-то ушел на пенсию и написал мемуары, кто-то сделал карьеру в бизнесе, кто-то спился, кто-то попал в сумасшедший дом… Супергерои представлены не сверхсуществами, а самыми обычными людьми — стареющими, ошибающимися, влюбляющимися, тщеславными, циничными, каждый со своими «тараканами в голове», Казалось бы, героическая страница истории перевернута, старые газетные вырезки пора спрятать в архив, к аналогичным пожелтевшим материалам о пионерах, ковбоях и бутлегерах. Однако некий неведомый злодей так не считает, поскольку начинает методично и с непонятными целями одного за другим уничтожать ушедших на покой супергероев…

«Хранители» — комикс весьма непростой и жесткий, Визуально созданный в традициях мейнстримной продукции «DC Comics», в литературном плане он оказался в разы умнее, интеллектуальнее и глубже, чем его предшественники. Наполненный чрезвычайно брутальным насилием и нехарактерными для комиксов размышлениями, он проложил дорогу таким бескомпромиссным графическим романам, как «Город грехов», «V — значит вендетта» и «Особо опасен». К «Хранителям» вполне подходит навязшая в зубах максима: «После них стало невозможно делать так же, как раньше». Создатели этой вселенной — рисованной и кинематографической — оперируют даже не человеческими судьбами, а архетипами, фигурами эпоса, масками комедии дель ар-те. Совсем не случайно Ночная Сова подозрительно похож на Бэтмена, Роршах — супергерой с лицом и рефлексиями Росомахи и в костюме Тени, а Доктор Манхэттен — вылитый Серебряный Серфер. При этом столь же неслучайным выглядит то, что аксессуары, средство передвижения и имя Совы позаимствованы у одного из самых коварных противников Сорвиголовы. Роршах с виду — типичный маньяк из подворотни, а Доктор Манхэттен — существо, стремящееся принести людям благо, но неизменно несущее лишь смерть и разрушение. Герои вселенной «Хранителей» дуалистичны по своей психологической природе, они легко превращаются в антигероев, поскольку им не чуждо ничто человеческое — ни заблуждения, ни ошибки, ни низменные позывы, ни стремление железной рукой загнать человечество в счастье…

Имея столь мощный первоисточник, трудно было не снять хотя бы незаурядный фильм. Давний фанат этого графического романа Зак Снайдер старался изо всех сил, за что большое ему спасибо. Адекватно перенести на экран такой объем чрезвычайно плотно спрессованного действия, многочисленные переплетающиеся сюжетные линии и множество характерных персонажей — подобная работа сродни подвигу. И за то, что Снайдер явно отдавал себе отчет в том, что половина зрителей, привыкших к более прямолинейным и динамичным боевикам, уйдет с середины фильма, увязнув в слишком большом потоке непривычной информации и необходимости думать, тоже спасибо: он не стал упрощать и резать первоисточник в угоду публике… Но, положа руку на сердце, по многим параметрам фильм до оригинала так и не дотянул, причем, что трагичнее всего, по чисто кинематографическим параметрам — монтажу, расположению камеры и лаконичным, но емким диалогам.

Начинается кино прекрасно: в нем есть динамика, есть довольно оригинальный сюжет, есть стиль и свежесть изложения. Однако чем дальше, тем больше действие скатывается к голливудскому стандарту. Финал и вовсе нехорош, он неприятно напоминает помесь финального махалова из второго «Хеллбоя» и развязки «Темного рыцаря», за исключением того, что Бэтмену из высших побуждений пришлось записать на себя всего полтора десятка трупов, а Доктору Манхэттену, этакому американскому князю Мышкину наших дней, полтора десятка миллионов. Мур и Снайдер чувств зрителей не щадят — жаль только, что по-разному.

Финал комикса скуп на мордобой, но щедр на психологию — в фильме, увы, все с точностью до наоборот, да еще и из концовки-катарсиса сделана карамельная попытка извлечь довольно дешевое морализаторство, И классически пошлый, обращенный к небесам вопль супергероя, пережившего гибель друга, спародированный уже тысячу и один раз: «НЕТ!!!» — вполне мог бы расцениваться здесь как очередная пародия, если бы не раздавался в довольно неподходящем для этого эпизоде.

Несмотря на то, что режиссер крайне бережно подошел к первоисточнику, многое, здраво и убедительно объясненное в комиксе, не уложилось в экранный хронометраж, оставив в фильме зависшие обескураживающие вопросы и обрубленные «хвосты». И это особенно обидно, потому что в графическом романе Мура нет ничего лишнего. Например, тайна черных пятен, перемещающихся по маске Роршаха, или глубинная мотивация действий Озимандии, изложенные в комиксе, но не вошедшие в фильм, дают ценные ключи к пониманию героев и всей картины в целом. Такие мелочи, когда концы не вполне сходятся с концами, снисходительно прощаешь дебютанту или крепкому ремесленнику вроде Рэйми, Таких мелочей не замечаешь у мастеров уровня Родригеса — просто в голову не приходит задаться вопросом, отчего это герой, которого пару раз сбили машиной и в которого всадили несколько пуль, смахивает кровь с поцарапанного лица и встает, как ни в чем не бывало. Но когда фильм претендует на непривычную глубину, а режиссер подлинным мастером не является, досадные ошибки и помарки начинают назойливо лезть в глаза.

А самое грустное, что Снайдер не привнес в экранизацию почти ничего от себя. Если Родригес и Тарантино, также пошагово восстановившие первоисточник в «Городе грехов», сумели щедро обогатить его своим благородным безумием, если Бекмамбетов традиционно сделал собственное кино на собственный сюжет по отдаленным мотивам «Особо опасного» (такой подход, правда, всегда риск, но даже по мнению автора комикса режиссер сумел прекрасно сохранить оригинальную атмосферу), если виртуоз Нолан дополнительно придал «Темному рыцарю» мощное органное звучание, то Снайдер просто безвольно, ученически проследовал за первоисточником, в основном скопировав его достаточно прилежно, но в отдельных местах неосторожными действиями начисто убив его магию. К сожалению, это было заметно и в предыдущих работах режиссера, в которых вечно чего-то не хватает, хотя сами по себе они довольно неплохи — ив «Рассвете мертвецов», представляющем собой гремучую смесь творческой манеры позднего Ромеро и Роба Зомби, и в «300 спартанцев», где Снайдер беззастенчиво заимствовал у Родригеса и Джексона.

Единственное, с чем попытался поиграть режиссер «Хранителей», это постмодернистские аллюзии, которых в фильме значительно больше, чем в романе. Однако постмодернизм, увы, состоит не в том, чтобы к месту ввернуть цитату. Эта цитата должна работать на произведение, иначе она мертва. Иначе происходит, как в данном фильме, где узнавание идет на уровне гыгыканья в паноптикуме восковых фигур: ух ты, это же Кеннеди, а вон Киссинджер, а это Кастро, Уорхол и Боуи, а это явный кадр из «Терминатора-2», а эта вертолетная атака под Вагнера на фоне вспыхивающих джунглей из «Апокалипсиса сегодня»… А как эффектно Армстронг сказал, ступив на лунный грунт: «Удачи, мистер Горски!..» А до чего забавно Хранители расселись в виде «Тайной вечери»! (За эту махровую пошлость, по-моему, следует бить канделябрами еще со времен «Виридианы» Бунюэля; последний раз ее, кажется, использовали в «Футураме», и уже там это было категорически не смешно — шутка, повторенная дважды, превращается в глупость, а уж про шутку, повторенную около полусотни раз, и говорить не приходится.)

И тем не менее один раз посмотреть этот фильм, несомненно, стоит. Все-таки это не «Спайдермен» и не «Фантастическая четверка»; даже не очень удачные попытки создать не похожий на штамповку интеллектуальный продукт заслуживают внимания.

Василий МИДЯНИН