"Европейская поэзия XVII века" - читать интересную книгу автора (Автор неизвестен)

XОРАЦИЕ МАЖИБРАДИЧ

* * * Свет мой, сладостная вила на восходе солнца, сидя у оконца, злато прядей распустила вдоль прекрасной выи,— грели душу мне не раз косы золотые. Ветер ласковый с Амуром игрища затеял, ей в лицо повеял, липнут к прядям белокурым бедокуры эти, тонкой пряжей завладев, мне сплетают сети. Изловить хотят, как птицу, милой на потеху, мне же не до смеху, о, за что меня в темницу?! Нет, не уповаю я на милость госпожи, в пламени страдаю. О, какая злая доля, говорю по чести, с этим ветром вместе принесла мне столько боли, что в слезах тоскую и влачу большой валун на гору крутую. * * * Как без сердца с жизнью слажу? Я его оставил где-то. Сердце! Сердце! — нет ответа. Где же мне найти пропажу? Ах, куда оно девалось? Ждать ли встречи, боже правый? Горечь дум страшней отравы, жить не долго мне осталось. Таковы причуды страсти, что склонясь к ее приказам, гибнет сердце, гибнет разум, и душе грозят напасти. Если кто-то в полной мере жив без сердца, о мой боже, сделай так, чтоб мог я тоже пережить печаль потери.

С ОСТРОВА МЛЕТ Отверженным я стал, наказан за грехи я, живу средь голых скал в плену морской стихии. Ревет прибой всю ночь и днем рыдает снова, уходит радость прочь от проклятого крова. А для благих бесед на тихих побережьях, к несчастью, места нет, поскольку нет заезжих. Царящий надо мной закон жестокий рока нас разлучил с тобой, унес меня далеко. И твоему рабу влачить, увы, до гроба злосчастную судьбу, чья непомерна злоба. Отчаясь, восстаю и вслух кляну светила, чья воля жизнь мою твоей красы лишила. НА СМЕРТЬ ПОЧТЕННОГО ОТЦА МОЕГО, ГОСПОДИНА МАРОЕ МАЖИБРАДИЧА Украшает кроной гордый дуб дубраву, и пока — зеленый, он стяжает славу, а когда повеет осенью ненастной, крона поредеет — и забыт, несчастный. Дерево родное, ты ласкало тенью, всех во время зноя осеняло сенью, высох ствол твой ныне, зелень быстро вянет, мощи нет в помине — кто ж тебя помянет? Слушай, мой хороший, что тебе открою — твой листок, проросший вешнею порою: никого не встретил я во всей округе, кто б на этом свете погрустил о друге. Где твой друг Бурина, столь тобой любимый? Где собрат Ранина, столь тобою чтимый? Где все остальные, что тебя любили? Малые, большие — все тебя забыли. В жизни ты на славу уповал едва ли, но тебя по праву лавры увенчали. С Джоре и Андрием вечность коротая, ты теперь сродни им в горних кущах рая. Пребывай же в небе с доблестными вместе, твой высокий жребий дан тебе по чести.