"Карнавал Флетча" - читать интересную книгу автора (МакДональд Грегори)ГЛАВА 24— Лаура совершенно права, — Флетч и Марилия Динис сидели за столиком в маленькой чайной. — Тут могут рассказать тебе, что угодно, сославшись, что все это дело прошлое. Визит в фавелу закончился безрезультатно. Толпа детей и взрослых проводила Флетча и Марилию вниз по холму до городской улицы, где осталась его машина. А до того он вежливо попрощался со всеми, поблагодарил Жаниу Баррету Филью за содержательный рассказ, Идалину — за кофе и гостеприимство, пожал всем руки, пожелал фавеле успеха в вечернем параде школ самбы и как можно скорее выскочил из маленького домика, превратившегося в раскаленную топку. Но взгляды жителей фавелы ясно говорили Флетчу, что он не оправдал их надежд. Они-то ожидали, что история Жаниу Баррету оживит его память и он тут же назовет им имя убийцы. Флетч, правда, пообещал сделать все, что в его силах. Из фавелы он и Марилия поехали в «Коломбо», славящуюся своими кондитерскими изделиями. — Вы все еще думаете, что это шутка, которую разыграли с вами Лаура и чечеточники? — Нет, конечно. Все эти люди в дверях и у окон, на улице, все они неоднократно слышали эту историю, достаточно хорошо знали мелкие подробности, чтобы поправлять Жаниу, и принимали ее за чистую монету. Такой розыгрыш едва ли возможен. Вафли буквально таяли во рту. — Теперь вам известна история Жаниу Баррету. Какой вы можете сделать вывод? — Понятия не имею. Глаза Марилии блеснули. — Хорошо. Но почему не воспользоваться полученной информацией, не привлечь на помощь навык прежней работы. Вы же были репортером, не раз проводили журналистское расследование… — Да. В свое время мне удалось выяснить, что городской водопровод оказался на пять километров длиннее, потому что трубы проложили в обход участка земли, принадлежащего муниципальному чиновнику, ведающему вопросами водоснабжения. Большое дело. Сейчас ситуация совершенно иная. — Тем не менее… — Репортеры не высказывают предположения только ради того, чтобы ублажить слушателей правдоподобным завершением какой-то истории. — Но репортеры должны думать, не так ли? — Думать о документально подтвержденных фактах. Как я могу думать о том, что произошло на пляже в Рио-де-Жанейро сорок семь лет назад? — Так что вы им ответите? Флетч откусил кусочек вафли. — Наверное, изберу самый благоприятный для них вариант. Приехали уругвайцы, перерезали ему горло и забрали свою лодку. Тогда не придется винить кого-либо из жителей фавелы, живого или мертвого. — Жаниу говорил, что выиграл лодку в карты, — Марилия задумчиво жевала вафлю. — И это утверждение подтверждается фактами. — Какими же? — Укради вы лодку, даже в другой стране, разве вы не изменили бы ее название? — Изменил бы. Наверняка. — Жаниу оставил название лодки. На испанском. «Ла Муньека». После смерти Жаниу лодка исчезла. Флетч вздохнул. — И если уругвайцы убили Жаниу Баррету, — продолжала Марилия, — почему они пощадили Тобиаса Новаэса? Он же плавал вместе с Жаниу. — Возможно, уругвайцы подстерегли их на берегу. — Возможно, — кивнула Марилия. — И набросились на Жаниу после того, как Тобиас подался в монахи. Марилия, что-то тут не так. Трудно поверить в такие временные совпадения. Как мог Тобиас уйти в монастырь, никому не сказав о своем решении, и до того, как Жаниу перерезали глотку? — Вы забываете про шторм. Я слышала, что во время штормов люди часто вспоминают про бога. Они дают обеты. Сохрани мне жизнь, господи, а я остаток дней посвящу молитвам. — Не исключено, что вы и правы. — Я думаю, лодка затонула. Оба, Жаниу и Тобиас добрались до берега. Тобиас, чтобы стать монахом, Жаниу, чтобы умереть от удара ножом. — Эффектно. Блестящая гипотеза. Но как нам узнать, соответствует ли она действительности? Вновь блеснули глаза Марилии. — Я бы, кстати, поставил на то, что убийца — Тобиас, — добавил Флетч. — Не он первый совершил ужасное преступление, а потом, сокрушенный чувством вины, отправился в монастырь, искупать свой грех. — Согласна. Тобиас мог убить Жаниу. Мог украсть лодку. Но стал бы он лгать, проведя столько лет в монастыре? — Флетч промолчал и Марилия ответила сама. — Столько лет замаливая свой грех, Тобиас знал, что ложью он ввергает свою душу в ад. — Упоминание души заставляет меня вспомнить об отце девушки, которая готовилась в монахини. Как там его звали? А, Таварэс. Он-то уж знал наверняка, что кончит в аду. Так почему бы ему не убить Жаниу? — Убить он мог. Однако убийство — тягчайшее преступление. Какие-то грешки бог может и простить, убийство — нет. Флетч посмотрел на браслет Марилии, сплетенный из многоцветных, местами порванных матерчатых жгутов. В Бразилии многие носили такие браслеты. Похоже, они служили не только как украшение. Но для чего еще, он не знал. — Фернанду, — изрек Флетч. — Отец Идалины. Он ненавидел Жаниу. Долгие годы. И убил его. — Убил собственного зятя? Оставил дочь без мужа, а внуков — без отца? — переспросила Марилия. — Пожалуй. Фернанду не считал Жаниу хорошим мужем или отцом. — И он не мог не завидовать Жаниу. Сам Фернанду так и не получил места бухгалтера. А Жаниу приплыл на собственной лодке. Разбогател. Даже поселился в доме, построенном выше по склону. Тут Марилия, стройная, худенькая, удивила Флетча, заказав большое кремовое пирожное. — Знаете, — заметил Флетч, — те, кто пытается предсказать будущее, зачастую прикладывают руку к тому, чтобы их пророчества сбывались. — Фернанду сказал, что кто-то убьет Жаниу ударом ножа, а тот все жил и жил, поэтому Фернанду решил не полагаться не случай и сделал все сам? — Я полагаю, пророки должны заботиться о своей репутации. — М-м-м-м-м. Так что вы предпримете, Флетч? Что вы скажете этим людям? — Не знаю. Я не собираюсь ткнуть пальцем в монаха. Или в дедушку, главу многочисленного семейства. Или опорочить память умершего, дочь которого обесчестил убитый. Сотни людей могли убить Жаниу. — Теперь, когда вы услышали историю его жизни, вы сможете спать? — А как по-вашему? Пирожные они доели молча. — Марилия, скажите мне, что за браслет вы носите? — спросил Флетч. Инстинктивно она коснулась браслета пальцем другой руки. — О, это. — Я обратил внимание, что многие люди, мужчины и женщины, носят такие плетеные браслеты. — Я полагаю, это суеверие, — она густо покраснела. — Вы загадываете желание, знаете ли, и вам хочется, чтобы оно исполнилось. Для этого вы надеваете на руку такой вот плетеный браслет. И носите его до тех пор, пока оно не исполняется. — И если ваше желание не исполняется? Все еще с пылающим лицом, Марилия рассмеялась. — Тогда его носят, пока жгуты не перетрутся и браслет сам не спадет с руки. — И вы в это верите? — Нет, — быстро ответила она. — Но браслет все-таки носите. — Почему бы и нет? — она поправила браслет. — Почему бы не прикинуться, что верю. Хуже от этого не будет. Выйдя из чайной, они остановились у киоска. Марилия купила «Жорнал ду Бразил», Флетч — «Бразил геральд» и «Латин Америка дэйли пост». Стоящий у «МР» мужчина лет тридцати, пышущий здоровьем, с курчавыми волосами, похоже, поджидал их. Он что-то затараторил, обращаясь к Флетчу. Потом заметил, что тот не понимает ни слова, и повернулся к Марилии. Она, улыбаясь, ответила ему. Открыла маленький кошелек, привязанный к запястью, достала деньги, отдала ему. Мужчина засунул их в ботинок. И отошел к другой машине, «фольксвагену». — Что он хотел? — спросил Флетч, усадив Марилию и сам садясь за руль. — О-о-о. Он сказал, что присматривал за нашей машиной, пока нас не было. На него возложена охрана машин, припаркованных с этой стороны улицы. — Правда? — Он так сказал. — Кто же поручил ему охранять машины? — Никто. Он сам возложил на себя эти обязанности. Флетч завел мотор. — Если никто ему этого не поручал, зачем вы дали ему деньги? Почему не послали его куда подальше? Марилия разглядывала содержимое сумочки. — Наверное, я дала ему деньги только потому, что вы угостили меня очень вкусным ленчем. |
||
|