"Списанный" - читать интересную книгу автора (Балл Георгий)

Балл ГеоргийСписанный

Георгий Балл

Списанный

Витя Кошелев поглядел в небо. Увидел себя в ползущем облаке. Упал на землю. Упал среди бурелома в Жилинском лесу. Рядом - осина с вывернутыми корнями и ольха. А там, внизу - речка. Сыро. Осень. Сыро. Осень в крови. Уже осень.

И вспомнил комнату номер семь. Его вызвали в компьютерный центр. В комнате девушка с летними голубыми глазами. Там он подумал про небо, очищенное от облаков. Девушка разговаривала по телефону. Обрывки разговора...

В Париж ... когда... в Эмираты...

- Одну минутку, - сказала она в трубку. И к Вите. - Вы ко мне? Как фамилия?

- Тихонов.

- Имя-отчество?

- Виктор Сергеевич. Меня вызывали, - сказал Виктор.

- Виктор Сергеевич Тихонов, Сиреневый бульвар 23, год рождения 1971.

- Совершенно верно, - Виктор улыбнулся. Он еще подумал, что неплохо бы ее куда-нибудь пригласить.

- Вы списаны, - услышал Кошелев.

- Как это понять?

- Сняты с компьютерного учета, - и еще раз повторила. - Списаны.

- Ну я же вот, вы же видите.

- Конечно. Так что из этого?

- Слушай, а ты слышала каскад в стиле ретро? - это она уже говорила по телефону.

- Я же вот, живой, - перебил Виктор.

- Прости, тут списанный пришел, - опять по телефону. И к нему. - Чего вам непонятно, я же русским языком. Могу и по-английски. О вас уже передали по Интернету. Будете всюду в одном качестве, в любой стране. Для таких, как вы, создан фонд помощи списанным.

- Я не понимаю.

Она включила компьютер. Виктор увидел:

Виктор Сергеевич Тихонов, 1971 года рождения, Россия, Москва, Сиреневый бульвар 23. Списан. Убедились?

- Но я же вот.

- Раз вас нет в компьютере, то вами будет заниматься только фонд помощи. Получите там пособие, талоны на пропитание и другие услуги. Компьютерный центр закрыт для вас навсегда.

- Девушка, но ведь это...

- Извините, вы мешаете мне работать.

- Но я же не болен, не умер. Посмотрите на меня.

Виктор услышал механический голос в комнате:

- Уходите, не мешайте работать. Уходите, списанный.

Голос выбил Кошелева из комнаты.

Осенний дождик смыл остатки раздраженной памяти Кошелева.