"Сочинение" - читать интересную книгу автора (Бугай Алексей)

Бугай АлексейСочинение

Алексей БУГАЙ

СОЧИНЕНИЕ

Первый раз в жизни комиссар Фухе был загнан в тупик женщиной.

После того, как за флагом остались "Крот", "Дрозды", "Сиротинушка" и еще с полдюжины заведений того же толка, душевное равновесие заполнило все отеденное ему место и стало вытеснять способность к поддержанию тела строго вертикально. Когда этот процесс зашел достаточно далеко, Фухе стал спотыкаться ногами, языком, и вот тут-то перед его ясными очами предстала Анжелика Труппини, знаменитый кинорежиссер.

- Какие у вас симметричные уши! - сказал Анжелика Трупини, восторгаясь собственным комплиментом.

- Да я тебя!.. - привычно загрохотал Фухе и полез в карман за пресс-папье.

- Жил-был в некотором царстве, в некотором великом, хотя и нейтральном государстве доблестный комиссар Фухе...

- Так не бывает! - подал голос карапуз на горшке. На лицо комиссара набежала туча, а потом оно перекривилось на одну сторону, как от зубной боли.

- Это почему же? - нехотя вопросил он.

- А потому, - пояснил карапуз, - что государства бывают или великие, или нейтральные, - он покосился на своего мучителя, - или недоразвитые! А то и другое сразу - только в сказке!

- А я и рассказываю сказку, - примирительно сказал Фухе и зябко поежился.

- Стойте! Стойте! - заголосила Анжелика Труппини. - Я же вам комплимент отпустила!

- Отпускают подзатыльники, а алименты - платют, - со знанием дела угрюмо объяснил комиссар. И полез целоваться.

- Дорогой, чудненький комиссарчик, помогите разыскать моего Алекса, пропал, бедолага, третьи сутки дома не ночует!..

- А на мусорной куче смотрели? - поинтересовался Фухе и закурил "Синюю птицу".

- Смотрела, батюшка, и в "Кроте" его нет, - сказала Анжелика сквозь слезы, пытаясь предупредить следующую догадку комиссара. Попытка не удалась.

- В "Кроте" посмотри, - зевнул Фухе и смачно затянулся.

- Нет его там, и в комиссариате не видели с четверга, - всхлипнула Анжелика Труппини.

Комиссар долго думал, чесал свой видавший виды декольтированный череп и наконец изрек:

- А ты, милашка, в комиссариате спроси, может видали?

- И было у него чудо-пресс-папье...

- Пресс-папье - это что? - уточнил карапуз и подтянул штаны.

- Ну, пресс-папье - это мой друг, - нашелся комисар.

- А мне дедушка Габриэль говорил, что друзья бывают только мужского рода. Например, дяденька Цирроз...

- Или тетенька Язва! - невесело хохотнул Фухе.

Настроение у него было самое скотское. Этот идиот Алекс попросил его посидеть с внуком пять минут, а сам уже пропадал три часа. А у Фухе, если хотите знать, в "Кроте" были заказаны восемь кружек пива, и они выдыхались...

- Знаешь что, дружок? - не выдержал Фухе, - давай-ка я пойду, а ты спать ложись, а?

Карапуз вытащил из-за спины руку. В ней оказалась комиссарская восьмизарядная пушка.

- А я тебе щ-щяс допрос засвинячу! - малыш навел пушку комиссару в лоб. - А ну, руки за спину!

Анжелика Труппини была в панике. Четвертого дня Габриэль Алекс вышел на балкон в шлепанцах, увидел табачный киоск и выскочил на минутку за сигаретами. Да так и не вернулся. Когда все способы и методы сыска были испробованы и исчерпаны, Анжелика Труппини пришла за советом к комиссару Фухе. Пришла да так и осталась. Жить. Ну, Алекс скоро нашелся и затаил на старинного друга кровную обиду... Тогда он некоторое время жил с другой подругой - его внук впоследствии назвал ее тетенькой Язвой. С Язвой он расстался, а вот с обидой - нет.

- Где вы были с одиннадцати вечера до семи сорока утра в последнюю пятницу прошлого месяца? Отвечай быстрее! Раз, два, три...

- В баре "Крот", - наобум ляпнул Фухе, пытаясь ослабить бельевую веревку, которой он был накрепко прикручен к стулу.

- Не говорите глупостей! "Крот" закрывается в час ночи! Так где вы были после часа? Ну?

- У меня там... товарищ у меня там работает, - соврал комиссар. Он старался не давать мальчишке времени для раздумий, так как раздумья эти могли оказаться самого тягостного свойства.

Карапуз перебросил пистолет из руки в руку:

- Врешь ты все! А дедушка Габриэль говорит, что твой товарищ в овраге лошадь доедает.

Мальчик поставил на голову несчастного крутое яйцо, отошел на несколько шагов и стал целиться...

- А знаешь, - говорил ему тогда Алекс, - единственное, что мы с тобой вынесли из полувекового знакомства - это мудрость. Не та мудрость, которую печатают в мемуарах по два цента за строчку, а та что позволяет выжить там, где девять из десяти сыщиков гробанутся...

И он занял у Фухе мелочь на пиво.

- Стой! - завопил комиссар. - Из пистолета и дурак сможет, а ты вот пяткой, как в каратэ, попробуй!

Малец увлекся. Он отложил пушку, разогнался и, подскочив в воздух, нацелился пяткой в яйцо. Однако из-за недостатка опыта и сноровки промахнулся, рухнул на пол и расшиб голову о дверцу холодильника, а когда сделал попытку поднятся, наступил рукой на канцелярскую кнопку, валявшуюся на полу, и заревел во весь голос.

- Развяжи меня быстрее, и я перевяжу твои раны, - сказал Фухе.

Дома кто-то был. Комиссар Фухе тихонько прикрыл за собой дверь и украткой заглянул в комнату. Догадка подтвердилась. Посреди его кабинета в кресле сидела девочка и бойко барабанила по клавишам пишущей машинки.

Фухе подошел поближе и заглянул ей через плечо. Внучка быстро и увлеченно печатала, не обращая ни на что внимания. На секунду Фухе потерял над собой контроль и оглушительно чихнул.

- Убирайся, маразматик чертов! - зашипела девочка. - Опять под мухой приперся? Вот я тебя калькулятором! - Фухе испугано попятился. - Кыш отсюда! - бесновалась молодая фурия. - Я тебе покажу шляться по кабакам!

Доблестный вояка в панике отступил в кладовку. На двери с лязгом опустилась щеколда.

- Наня, - жалобно проскулил комиссар через щель, - займи мелочь до получки...

- Неделю из кладовки не выйдешь, - ответила внучка, - пока из тебя весь дух пивной не выветрится...

Она вернулась к машинке и уверенно напечатала на титульном листе: "Сочинение. Комиссар Фухе. Этапы героической жизни."