"Цербер: волк в овчарне." - читать интересную книгу автора (Чалкер Джек Лоуренс)

Глава 11 СУД

По дороге я успел предупредить обеих моих подруг – будем молчать. Дилан пожала руки Санде и мне.

– Все будет в порядке, – просто сказала, она. – Я знала, на что иду, и ни о чем не жалею. Что ж, наверное, так справедливо. Зато прожила по-настоящему целых пять лет. Теперь пришла очередь другому.

– Не смей, – прикрикнул я. – Жизнь еще не кончена.

– Моя – кончена, – прошептала она. В полиции, находившейся в том же здании, что и муниципалитет, женщин подвергли проверке: считали документы и просканировали сознание. А мне пришлось ждать – просто ходить взад и вперед по комнате ожидания. Даже охота на борков теперь отступила для меня на задний план перед новой заботой. Примерно через полчаса мне позволили переговорить с Дилан.

– Вот и все, – вздохнула она. – Они следили за мной все эти пять лет. Я их раздражала, и они ждали случая поквитаться. Очень уж свободно я вела себя, да и мое избавление от принудительного материнства наделало много шума. Я становилась символом надежды. Вот и надо было меня подловить. Они долго этого ждали…

– Что же теперь будет? – спросил я, страшно разозленный.

– Суд, – просто ответила она. – Свидетель – их агент, служащая, которую заставили следить за мной, полицейские и результаты сканирования докажут вину.

Я лихорадочно искал выход.

– Кто судьи? Какой у них ранг?

– Профессиональные заседатели. Тринадцать человек. Это произойдет всего через час.

Я подумал о своих связях с высшим начальством:

– Может, нужно кому-то позвонить?

Она покачала головой:

– Пока не надо. Мы даже не знаем, каким будет приговор. Ясно только одно – все спланировано давно. Не вини себя! Я пошла на это сама, мне и отвечать.

– Это с моей подачи…

Мы сидели и ждали, когда ее вызовут.

Зал суда – типичное судебное помещение. За столом тринадцать мужчин и женщин в черном. Микрофоном завладел один, значит, он – председатель. Когда меня впустили, я увидел и Санду, сидевшую в кресле, обращенному к судьям. Она недавно плакала, но, кажется, сейчас овладела собой.

– Государство против Дилан Занг Коль, – объявил главный судья. – Обвиняемая, подойдите, пожалуйста.

Дилан встала и подошла к ним, уверенно глядя прямо в глаза главному судье. Молодец, девчонка! – подумал я.

– Дилан Занг Коль, на основании свидетельских показаний, признанных истинными и неопровержимыми, вы обвиняетесь в сознательном нарушении статьи 623 часть 2 Всеобщего Уголовного Кодекса Цербера. Желаете ли что-нибудь заявить?

– Нет, ваша честь, – твердо произнесла она. Я выругался про себя и завертелся на стуле. Дважды за сегодняшний день я испытал настоящий страх, и теперь уже второй раз – полную беспомощность.

– Санда Тайн, – подойдите, пожалуйста.

Санда, маленькая и испуганная, встала рядом с Дилан. Я увидел, как Дилан взяла Савду за руку и нежно, как бы успокаивая, пожала ее.

– Санда Тайн, вы сознательно нарушили Правила Объединения Синдикатов, относящиеся к Дому Акеба. Это признается истинным и неопровержимым на основании свидетельских показаний. Желаете что-нибудь заявить?

– Это я во всем виновата! – смело заявила Санда. – Я ее упрашивала постоянно…

– Мы рассмотрели все обстоятельства, включая полный анализ психологических профилей вас обеих. Закон гласит: проступок рассматривается с точки зрения интересов общества. Если кто-то получит в банке заем и не вернет его, то виноват будет банк. Изучив ваш психологический профиль, Санда Тайн, мы пришли к выводу: в совершенном преступлении вы играли подчиненную роль, поскольку проникли на судно с разрешения капитана.

И поэтому суд приговаривает вас обеих к взаимному обмену телами средствами правосудия и к постоянному пребыванию в этих телах. Мы также постановили, что вы, Дилан Коль, возьмете на себя обязанности тела Тайн и не получите никакой другой работы. После окончания суда вы направляетесь на психологическое лечение.

– По какому праву вы превращаете мою жену в бессловесную тварь! – вскочил я.

Судья сделал паузу. Все тринадцать заседателей смотрели на меня с отвращением. Похоже, я сделал только хуже. Но мне было уже все равно.

– Вы супруг подсудимой Дилан Коль?

– Да, и я…

– Соблюдайте тишину! Или я прикажу арестовать вас! – Он замолчал, явно ожидая, не приму ли я вызов, но я сдержался.

– Позвольте объяснить вам, – продолжал судья с явным удовольствием, – что профиль Дилан Коль имеет суицидальный характер. Мы предотвратим возможное самоубийство и другие опасные поступки – только и всего! Вы удовлетворены?

Что я мог сказать? Впрочем, можно было попытаться, пока меня слушали.

– Ваша честь, разве она не может жить со мной? Даже исполняя другую работу, она могла бы помогать и мне – без всяких расходов со стороны компании или государства. Почему бы не использовать ее опыт?

Судьи стали перешептываться. Главный судья выглядел слегка удивленным. Подумав, он обратился ко мне:

– Похоже, мои коллеги в определенном смысле согласны с вами. Приговор не должен затронуть вас, вы ни в чем не обвиняетесь. Романтика какая-то… Позвольте спросить – вы когда-нибудь проходили полную проверку психики?

Я ответил:

– Да, ваша честь. По прибытии на эту планету и при устройстве на работу.

– Понятно. Ваше поведение типично для цивилизованных миров, а там ведь почти все стерилизованы… Способны ли вы к зачатию?

– Меня обнадежили, ваша честь, – ответил я. – Несмотря на то, что это тело – продукт генной инженерии, оно попало сюда с дальних рубежей.

Снова перешептывания, кивки и жесты. Наконец председатель провозгласил:

– Мы нашли приемлемое решение. Мы передаем подсудимую синдикату, который выращивает и воспитывает детей. Должны соблюдаться все его правила, уставы и положения, но заботиться о Дилан Коль поручаем вам на следующих условиях.

Во-первых, все правила, уставы и положения должны выполняться. Во-вторых, вы должны добросовестно исполнять обязанности по оплодотворению осужденной или заказывать их, если осужденная не выполнит норму. В-третьих, нести все финансовые расходы. Осужденная лишается кредита, денег и законной собственности за исключением того, что будет получать от вас. Все ее именные счета будут переведены на вас, ее удостоверение аннулируется. В-четвертых, она будет исполнять все обязанности, которые вы на нее возложите. В-пятых, если вы когда-нибудь откажетесь от ее общества и услуг, она должна немедленно сообщить об этом и зарегистрироваться в ближайшем Доме Гильдии. Вы поняли условия?

– Да, ваша честь.

Самый унизительный и позорный приговор, который я когда-либо слышал! Худшего не придумать для свободолюбивой Дилан – ее низвергают до рабства. Однако надо соглашаться, лучшего выхода сейчас нет! Но когда-нибудь. Цербер, я расквитаюсь с тобой за все!

– Приговор в отношении Дилан Занг Коль оглашен и утвержден, – произнес судья. – Осужденная будет находиться под стражей и подвергаться наказанию в течение нескольких часов. Освобождение завтра в десять утра, после чего она переходит в ваше ведение, Квин Занг.

Я кивнул и сел.

– Савда Тайн, – продолжил служитель Фемиды. – Вы осуждены и будете заключены в тело, которое сейчас принадлежит Дилан Коль. В дальнейшем вы подвергнетесь психологической адаптации в городском отделении Медлама и получите статус неимущего. Вы имеете право работать на непрестижных и малооплачиваемых должностях, относящихся к Классу II. Приговор должен быть приведен в исполнение безотлагательно. Заключенные будут отправлены в камеры предварительного заключения.

Тринадцать человек покинули зал, полицейский вывел двух женщин в боковую дверь. Ни одна не оглянулась на меня.

В десять утра я в волнении прохаживался по вестибюлю. Долго ждать не пришлось. Вскоре обе женщины, ничуть не изменившиеся за ночь, вышли и направились ко мне. Их остановили, велели что-то подписать, выдали им удостоверения.

Дилан была теперь в стройном светловолосом теле Санды.

– Привет, – вяло произнесла она.

– Привет, – я поцеловал ее. – Было неприятно?

– Да нет. Я почти ничего не помню. Все неприятности еще впереди. Неужели эти мерзавцы действительно отдали меня тебе!

– Ничего сверхъестественного, – объяснил я. – Похоже, у больших руководителей и у самого Лару имеются частные гаремы. Мужские или женские. Это ведь основано на их главном принципе – вы владеете своим сознанием, но государство владеет вашим телом.

– Возможно. Но они завладели еще и частью моего сознания. Не думаю, чтобы они упустили шанс унизить меня. И я должна, словно какое-нибудь животное, беременеть точно по расписанию? Я не смогу никуда отойти без разрешения, я не смогу, взойти на борт корабля! Этакое дерьмо!

– Но я постараюсь скрасить твою жизнь!

Она попыталась улыбнуться:

– Я знаю. Послушай, я ведь говорила, что легко иду на риск. На этот раз мы проиграли, вот и все. Посмотри, сколько плюсов: тебе больше не придется беспокоиться обо мне. К тому же эти сволочи внушили мне яркие сексуальные фантазии о тебе.

– Я их не просил.

– Я знаю. – Она повернулась. – А вот и Санда.

Она выглядела действительно потрясенной, преисполненной вины: она подвела своего кумира. Дилан прижала ее к себе:

– Не казнись! Ты теперь свободна! И мы по-прежнему вместе! – Она обернулась ко мне. – Ты ведь найдешь ей работу?

Я почувствовал облегчение:

– Конечно. – Я огляделся. – Пошли отсюда.

Мы вышли навстречу солнцу и морскому бризу. Дилан посмотрела на Дом Акеба.

– Они поставили еще одно условие, которое мне придется выполнить, – сообщила она. – Я должна пойти в Дом, рассказать женщинам о том, что случилось, и покаяться.

– Договорись сейчас, и покончим с этим, – предложил я. – Вот телефон!

Она подошла к нему, вынула удостоверение и вставила в щелку. Ничего не произошло. Она вздохнула и повернулась ко мне.

– Тебе придется набрать номер за меня, – устало произнесла она. – Без кредита я не могу даже позвонить.

Я пытался успокоить ее:

– Я разделаюсь с Лару и этой чертовой системой. Ты снова выйдешь в море. Клянусь!

Я хотел сделать все возможное, чтобы она поверила.