"Двадцатый - расчет окончен" - читать интересную книгу автора (Рощин Валерий)

Пролог

Амстердам. 14 апреля; 04.35–04.45

Тяжелый неповоротливый грузовик пересекал голландскую сто­лицу, двигаясь с юга в северо-восточном направлении – к польдерам – искусственным островам, соединенным с материком намытыми на­сыпями с дорожным полотном. На одном из таких рукотворных ост­ровков бухты Эй предстояло встать под разгрузку. А через пару ча­сов, получив оформленные документы и завернув на заправочную станцию, отправиться в неблизкий обрат­ный путь – через Северный Брабант в Бельгию.

Перед рассветом город опустел, вероятно, отдав все силы отгре­мевшим подряд двум праздникам – фестивалю блюза и знаменитой ярмарке цветов. Последние возмутители ночного спокойствия: ро­керы, нарко­маны и проститутки исчезли с улиц, оставив о себе «доб­рую» память в виде разнообразной пивной посуды, мятых сигаретных пачек, ис­пользованных презервативов, одноразовых шприцев и про­чего мусора. Около пяти утра вдоль узких улочек и каналов появятся бес­численные ко­манды сто­личных дворников – молчаливых аккурати­стов в сине-жел­тых комби­незонах, которые займутся кро­потливой уборкой следов ночной жизни…

Яркий свет четырех автомобильных фар мягко стелился по ров­ному асфальту, разбавляя разноцветное марево городских фонарей и неоновых вывесок. Легковушки засидевшихся в ресторанах горожан попадались редко, потому сорокалетний водитель расслабленно отки­нулся на удобную спинку кресла и, прикурив очередную сигарету, предался далеким от рейса размышлениям.

Даже в этот предутренний час светофоры на центральных пере­крестках не настораживали постоянным миганием желтого, а ис­правно меняли цвета. Фура слегка прибавила скорость, спеша мино­вать перекресток на «несвежий» зеленый.

Не сбавляя ход, грузовик пересек одну полосу, вторую…

И вдруг справа в глаза мужчины ударил сноп света – наперерез, не думая останавливаться на запрещающий сигнал светофора, неслась целая кавалькада машин.

Сигарета выпала изо рта водителя. Он резко крутанул руль влево, нажал педаль тормоза, пытаясь избежать или хотя бы смягчить неиз­бежное столк­новение.

Резина противно завизжала, протяжно завыл громкий гудок…

Подкорректировав курс, серебристый «БМВ» успел проскочить перед тупоносой каби­ной. Следующий автомобиль в отчаянном за­носе протаранил правый бок фуры. «Вольво» с «тойотой», подвернув влево, удачно про­шмыгнули по освободивше­муся перекрестку – гру­зовик по инерции продолжал движение, все дальше забирая на пус­тую встречную полосу. Спустя несколько секунд он запрыгал, пре­одолевая высокий бордюр, словно соломинку уложил фонарный столб и… остановился.

– Нам немного подфартило – еще один отстал!.. – по-русски про­комментировал аварию на перекрестке пожилой пассажир «БВМ».

Сидящий за рулем светловолосый крепыш был слишком ув­лечен гонкой по ночному городу, чтобы озираться и считать пресле­довате­лей. Авто мчалось на бешеной скорости и все, что он мог себе позво­лить – лишь изредка косить взглядом в зеркала заднего вида. Минут пять назад, когда они угодили в эту чертову засаду, машин было аж четыре…

В тот злополучный момент неизвестные попытались блокировать серебристый «БМВ» возле кафе «Roux» на Аудзейдс Фоорбургваль, где планиро­вались короткая остановка, ранний завтрак и смена авто­мобиля. Но не тут-то было – блондина обучали выпутываться и не из таких переде­лок. Завидев не­ладное и не дожидаясь команды сидящего справа шефа, он вдавил до пола педаль газа. Распугав стайку полураз­детых шлюх, сбил целив­шего в него из пистолета мужика и, прилично бор­танув пытавшийся перегородить дорогу «мерс», помчался по уз­ким улочкам до широкой Вайзельграхт. По ее мостам, соединявшим бе­рега бесчисленных кана­лов, блондин метил добраться до южной ок­раины Амстердама. Там, по словам шефа, находилась неприметная квартирка в простеньком четырехэтаж­ном доме, где можно было спо­койно отсидеться пару дней и переждать свалившиеся на их головы неприятности. Или же, бросив «БВМ», рвануть на по­путках в Утрехт – резервное место для выполнения миссии, ради ко­торой и прибыли в Голландию. Од­нако на хвосте безнадежно повисли три машины. Теперь же, после удачной встречи на пере­крестке с грузови­ком их осталось две, но прежде чем выработать план дальнейших действий, необхо­димо оторваться и от них…

– Говорил же я вам, – процедил сквозь зубы телохранитель, – всегда нужно иметь при себе оружие.

– Оружие добавляет проблем. Поверь, не раз уж обжигались на подобной ерунде, – отвечал пожилой мужчина.

– Дорого бы я сейчас отдал за эту ерунду… – поморщившись, проворчал плечи­стый парень.

– Машину специально готовили для нашей поездки по Ам­стердаму. Сейчас посмотрю… – шеф наклонился вперед, пошарил рукой под приборной панелью и выудил небольшой револьвер с кус­ком прилипшего скотча, – вот разве что такой вариант. Устроит?

Лихо свернув на Стадхаудерс, водитель глянул на оружие и скеп­тически усмехнулся:

– Таким дерьмом только мух в сортире калечить.

– Выбора нет. Сейчас попробуем…

Пассажир переложил револьвер в левую руку, неловко припод­нялся над сиденьем, высунулся в открытое окно, неумело прицелился и дважды выстрелил. Темный «вольво» вильнул влево, едва не задев шедшую на полкорпуса сзади белую «тойоту», но выровнялся и про­должал погоню.

– Дайте-ка, – выхватил короткоствольное оружие молодой на­парник. – И чему вас только в этой разведке учат!?

– Я в основном дипломатию постигал…

Выбрав прямой участок дороги, светловолосый здоровяк быстро обернулся и, почти не прицеливаясь, прямо сквозь заднее стекло вы­пустил две пули. Теряя скорость, «вольво» стал забирать вправо, по­куда не врезался в низенькое металлическое ограждение, раскидав не­сколько припаркованных к нему велосипедов.

– Ого! – пробурчал «дипломат», – похвально.

Место «вольво» уже заняла «тойота», и молодой человек по ин­тересовался:

– Патроны еще есть?

Тот снова полез под панель и, досконально обшарив небольшое пространство, виновато пожал плечами:

– Нет. Больше ничего…

– Хреново. В «тойоте» сидят трое и у каждого, небось, по стволу…

Впереди показалась набережная Амстел; предстоял правый пово­рот и короткий отрезок пути до пригорода, а там оторваться от назой­ливой погони будет сложнее. К тому же с засвеченным «БВМ» все одно надлежит распрощаться – скоро полиция со спецслужбами будут искать его везде: и на улицах Амстердама, и на всех ведущих из сто­лицы Голландии трассах.

Парень одной рукой ловко откинул в сторону барабан, мимо­летно глянул на пятаки латунных гильз. Вздохнув, покачал головой – в его распоряжении оставался последний патрон пятизарядной «ком­натной игрушки»…

«Сейчас, свернем на набережную, я выберу момент и постараюсь использовать его с толком, – решил он, выезжая на полосу встреч­ного движения, дабы, не сбрасывая скорость, вписаться в поворот. – Всего-то и требуется слегка подранить того, что сидит за рулем. Пока оста­новятся, пока сменят водилу… Мы успеем оторваться на пяток квар­талов!..»

Машина прошла впритирку к бордюру сначала правым бортом; затем, завершая разворот – левым… Однако то, что Блондин увидел в двухстах метрах от перекрестка, заставило выдавить ядреное русское выражение:

– Суки позорные!..

В снопе дальнего света поблескивали борта трех легковых авто­мобилей, перегородивших проезжую часть набережной.

На принятие решения оставалась пара секунд.

– Только не останавливайся, – глухо простонал пассажир.

– Тогда держитесь! – крикнул парень, сильнее нажимая на газ.

Двигатель послушно взревел, стрелка спидометра моментально перескочила сотню…

Завидев такой оборот, вооруженные люди, занявшие позицию перед «баррикадой», спешно произвели несколько выстрелов и бро­сились к тротуару.

Блондин выбрал из трех автомобилей два – те, что были по­меньше габаритами, и направил серебристое немецкое авто в метро­вое пространство между ними.

От сильнейшего тарана обе припаркованные на дороге машины отлетели в разные стороны.

В воздух взмыли обломки, фонтан мелких осколков стекла; в па­рапет на­бережной грохнуло вырванное переднее колесо. «БМВ» за­крутило; посыпались искры от скрежетавшего об асфальт тормозного диска. Зацепив изуродованным передком тот же бетонный парапет, автомо­биль закувыркался по мостовой и… замер на правом боку мет­рах в ста пятидесяти от разрушенной «баррикады».

Истекающий кровью телохранитель повис в водительском кресле, удерживаемый ремнем безопасности. Признаков жизни он не пода­вал. Оказавшийся снизу пассажир копошился, отчаянно шарил вокруг себя руками и приговаривал:

– Где же ты? Ну, куда же ты подевался?..

Наконец, ладонь наткнулась на изогнутую рукоятку револьвера.

– Нашел!.. – радостно схватил он его и, взглянув на мертвого на­парника, виновато прошептал: – Прости. Тебе он уже не нужен. Да ты ничего и не знал… А вот мне к ним нельзя. Поверь, никак нельзя! Не могу я терпеть боль… Не могу! Выпотрошат они меня, понимаешь?.. И то­гда всему делу конец!.. Всему нашему делу…

Заслышав же голоса бегущих к перевернутому «БМВ» людей, торопливо прижал короткий ствол к виску и, не мешкая, выстрелил.