"Русская фантастика 2007" - читать интересную книгу автора (Мельник Василий)

12

Распутать кокон быстро не получилось. Паутина здесь оказалась другая - значительно тоньше, чем ловчая, и не впивающаяся в кожу множеством невидимых крючков. Но было ее столько…

Принесенная Толиком откуда-то деревяшка мелькала вокруг головы Татьяны, серебристый ком рос на импровизированном веретене. Потом Толик пережег нить, взял новую палку - а из плена освободились лишь рот и подбородок Мухи.

К тому же, едва Мухина смогла говорить, - начала задавать вопросы. Много вопросов. Истерика у нее закончилась на удивление быстро.

Толик отвечал, не отрываясь от работы.

- Что… кто это был? - спросила Муха.

- Пауки. Ты же видела - самые обычные пауки. Только громадные. Чернобыльские. Мутация, радиация… Вскрытие покажет.

- Не-е-ет… Никакие они не обычные. Ты бы видел, как они меня сюда заманили… А как людьми притворялись… Может, инопланетяне? Галактические монстры?

- Едва ли… Обходились без всяких скафандров, нормально переносили нашу атмосферу, гравитацию… И… хм… в общем, нашу белковую пищу…

- Тогда откуда? А если… если где-то таких много?

- Не знаю. Есть теория - затертая фантастами до дыр - о множественности параллельных миров. По одной из версий, образуются они при реализации - или нереализации - каких-то судьбоносных вероятностей… В одном мире Земля столкнулась с гигантским метеоритом, прикончившим динозавров, - а в другом, допустим, разминулась. И млекопитающие обречены прозябать на задворках эволюции, никогда не породив хомо сапиенса… Если напрячь фантазию, можно представить мир, где никогда не появились позвоночные. И вот результат - разумные паукообразные. Арахниды. Да я тебе рассказывал про это, вспомни…

Муха вспомнила - ну да, заливал что-то такое, любил Толик научные теории, лежащие на грани не то фантастики, не то шарлатанства. Даже картинки набрасывал: как могли бы выглядеть, например, разумные птицы… Называемых им тогда терминов она уже не помнила - в общем, всякие разумные рыбоиды и ползоиды… Тьфу. Танька тогда слушала невнимательно - кто знал, что придется столкнуться с разумными… как их там… арахнидами. Но теория Толика - в качестве объяснения произошедшему - имела один изъян.

- Подожди, подожди… Какой такой еще мир? Ведь мы в нашем? Откуда здесь эта гнусь? Дыра где-то? Так заткнуть же надо, пока не наползли!

- Нет, это ты подожди, маленькая, - сказал Толик, обозревая результаты трудов. Кокон сполз еще ниже, приоткрыв шею и плечи Мухиной. Теперь вращать палку вокруг Таниной головы стало гораздо труднее. - Попробую новую методу, - продолжал Толик. - Не знаю, надолго ли меня хватит. Но разговаривать будет затруднительно.

Он встал, поднял палку над головой и стал обходить вокруг кресла и Мухи. Круг за кругом, все убыстряя движение. Потом перешел на бег. Вскоре у Мухи от этого мелькания закружилась голова. Она закрыла глаза.

Хватило Толика надолго. Грудь Мухи освободилась, дышать стало легче, кокон сейчас заканчивался на локтях прижатых к телу рук.

Толик остановился. Пошатнулся, оперся о стену. Комната раскачивалась, как корабельная каюта в десятибалльный шторм, - и при этом норовила закружиться. Толик попытался сфокусировать взгляд на постере, висевшем на стене перед самым его носом, - там две участницы суперпопулярной группы наглядно демонстрировали преимущества однополой любви. Но Толику казалось, что дуэт превратился в квартет, потом в октет, потом в целый хор лесбиюшек.

Он сделал несколько пьяных, заплетающихся шагов и тяжело опустился на пол у кресла. Закрыл глаза. Сказал устало и медленно:

- Извини, технологический перерыв. Потом продолжим… Когда ж они столько накрутить успели? Стахановцы…