"Джон Браннер. Зыбучий песок" - читать интересную книгу автора

сказали бы, что в детство впал."
Но на этой теме ему не хотелось бы задерживаться. В детстве его иногда
посещали кошмары, когда он, проснувшись утром, оказывался в мире чужих
людей: родители не узнавали в нем своего сына, а школьные учителя не могли
вспомнить, что у них есть такой ученик. И однажды, много позже это стало
слишком похоже на правду.
"Стоп. Что за глупости из-за какой-то мебели!"
Переведя дух, он сообразил, что новый стеллаж закрывает теперь кнопку
звонка. Он огляделся, ища какую-нибудь замену, и поморщился.
"Если уж что-то менять, так эти идиотские обои. До следующего года
точно не получится. В любом случае, чтобы в этом месте появилось хотя бы
подобие хорошего вкуса, надо сначала поменять экономку."
На журнальном столике он увидел колокольчик, протянул руку и позвонил.
И в ту же секунду ожившие где-то высоко башенные часы заставили его
вздрогнуть. За дневной круговертью он умудрялся не обращать на них
внимания, но ночью, во время дежурства:
Банг-бум-клинк. Пауза. Банг-бум-клинк. Пауза.
"Боже, неужели кроме меня это никому не действует на нервы?"
Клинк-бум-банг. Клинк-банг-бум. И с невыразимым облегчением, словно
освободившись от мучительной пытки, он услышал, как часы принялись
отмерять свои обычные удары: бом-бом-бом-бом.
"Не удивительно, что тот бедолага, о котором рассказывала экономка,
пытался в 63-м залезть на башню. Наверно, ему просто захотелось тишины."
Кстати о колоколах: Он собрался уже позвонить опять, когда в дверном
проеме появилась голова официантки Лил.
- Ой, это вы, доктор. Простите, я еще не привыкла. Этот звонок гораздо
тише электрического. Чай будет сию минуту.
В ожидании Пол взял с заслонившей кнопку звонка полки первый попавшийся
журнал.
"Хлорпромазин три раза в день? И что тут нового? А, да , улучшение на
двадцать восьмой день после первой инъекции. Надо запомнить, это может
пригодиться.
Только:"
Только эти слова никак не складываются ни во что осмысленное. Мешает
распечатанное письмо в кармане.
- Ваш чай, доктор.
Лил стояла над ним, держа в руке блюдце с чашкой и неустойчиво
качавшимися на нем двумя бисквитами. Чай уже успел остыть несмотря на то,
что появился здесь всего минуту назад. Бездумно помешивая ложечкой гораздо
дольше, чем необходимо, чтобы растворился сахар, он посмотрел в окно.
Весь день над землей висел плотный слой серых, похожих на грязную вату
облаков, проливавшихся время от времени равнодушным дождем. Но сейчас,
перед самым закатом, холодный ветер отогнал облака на восток, и в просветы
между ними пробивался солнечный свет.
"Интересно, кому-нибудь еще этот пейзаж кажется таким ужасным, или мне
одному?
Господи, надо это срочно прекратить, или я скачусь к другому детскому
наваждению, к бесконечным вопросам солипсизма: откуда мы знаем, что то,
что мы видим красным, действительно красное."
Когда он только сюда приехал, ему нравились эти места: необычные,