"Патриция Бриггз. Призрак дракона " - читать интересную книгу автора

Он приехал вместе с моей матерью из толвенских равнин и лет двадцать
тому назад принимал участие в королевском походе вместе с Синей Гвардией,
возглавляемой моим отцом. По возвращении домой, когда предыдущий главный
конюх скончался, Хурогметен предложил ему занять освободившееся место. В
отличие от многих в замке Пенрод относился ко мне с тем же уважением, что и
к отцу.
- Мы до сих пор не можем отмыть седло от крови Хурогметена, - добавил
он.
Я неотрывно смотрел на брыкавшегося и визжавшего коня и ждал. У меня
было такое ощущение, что Пенрод собирается сказать еще что-то. Сиарра тихо
стояла рядом со мной, подобно безмолвной тени.
- Он слишком хорош, чтобы убивать его, милорд, - воскликнул наконец
главный конюх. - Его отец умер слишком рано в погоне за бандитами, оставив
после себя всего лишь двоих жеребят. Одного из них выхолостили, не успев
понять, к какой породе он относится. А этого Хурогметен... - Пенрод умолк и
в нерешительности развел руками. Хурогметеном ведь теперь был я, по крайней
мере формально. - Ваш отец запретил случать этого жеребца с кобылами.
Посчитал, что после этого он станет еще более неуправляемым. Поэтому если
вы убьете его сейчас...
В его голосе появилась неподдельная мольба, а на лице - скорбная
гримаса. В этот момент он напоминал несчастного художника, на глазах
которого вот-вот должны были уничтожить лучшую из его работ.
- Убью его? - переспросил я таким тоном, будто расслышал только
последнюю фразу конюха. - С какой стати я стану совершать подобную
глупость?
- Не знаю, милорд... Но ваш дядя приходил сюда каких-нибудь пятнадцать
минут назад. По его мнению, убить Стигийца - самое верное решение.
Итак, Дарах решил схитрить. Поговорил с Пенродом, надеясь, что тот
убедит меня уничтожить жеребца. Естественно, большинство конюхов с радостью
отделались бы от подобного Стигийцу чудовища, но только не Пенрод. Этот
человек обожал своих подопечных и прекрасно в них разбирался. Ему хватало
ума понять, что агрессивность Стигийца вызвана по большей части
человеческой жестокостью. Мысль об убийстве жеребца терзала ему сердце.
Я решительно покачал головой, давая понять Пенроду, что не согласен с
Дарахом.
- Не надо его убивать.
Моему отцу в умении обуздывать скакунов не было равных. Он садился на
наиболее буйных из них и умудрялся заставлять животных выполнять все его
приказания. И не оставлял их до тех пор, пока они не становились покорными
и могли терпеть других всадников. По крайней мере так было до недавнего
времени.
Со Стигийцем отец боролся на протяжении целых четырех лет. Сегодня
жеребец доказал, что вышел из опасной игры победителем.
Стигиец рвался и метался, продолжая борьбу. С уст удерживавших его
трех конюхов то и дело слетали смачные ругательства, но они все же
справлялись со своей задачей, давая мне возможность лучше рассмотреть
жеребца.
На корпус Стигийца был надет специальный жилет с металлическими
блямбами, которые при каждом резком движении врезались ему в кожу, а на
морду - толстая цепь. В случае крайней необходимости люди могли затянуть ее