"Хорхе Луис Борхес. Логическая машина Раймунда Луллия" - читать интересную книгу автора

что всеведущая машина нам это откроет), как возник замысел этой машины. К
счастью, одна из гравюр знаменитого майнцского издания (1721 - 1742)
позволяет нам сделать какие-то предположения. Правда, издатель Зальцингер
полагает, что этот чертеж - упрощение другого, более сложного; я же
предпочитаю думать, что это всего лишь скромный предшественник других
чертежей. Рассмотрим этого предка (рис. 1). Перед нами схема, или диаграмма,
атрибутов Бога. Буква А в центре обозначает Господа. В окружности буква В -
это благость, С - величие, Д - вечность, Е - всемогущество, F - премудрость,
G - воля, H - праведность, J - истина, К - слава. Каждая из девяти букв
равно удалена от центра и соединена со всеми прочими с помощью хорд или
диагоналей. Первое обстоятельство означает, что все эти атрибуты неотъемлемо
присущи Богу; второе - что все они связаны между собой; таким образом, мы не
впадем в ересь, утверждая, что слава вечна, что вечность славна, что
всемогущество истинно, славно, благостно, велико, вечно, всемогущественно,
премудро, свободно и праведно, или благостно велико, величаво вечно, вечно
всемогущественно, всемогущественно премудро, премудро свободно, свободно
благостно, праведно истинно и т. д. и т. д.


[Image002]


Рис. 1. Чертеж атрибутов Бога

Я хотел бы, чтобы мои читатели уразумели всю масштабность этого "и так
далее". В нем, поверьте, заключено намного большее число комбинаций, чем
уместилось бы на этой странице. Тот факт, что они совершенно
бессодержательны - ведь для нас сказать: "Слава вечна" - столь же лишено
смысла, как сказать: "Вечность славна", - в данном случае второстепенен.
Этот неподвижный чертеж с его девятью буквами, помещенными в девяти
"камерах" и соединенными звездою и многоугольниками, сам по себе уже есть
логическая машина. Естественно, что его изобретатель - человек, не забудем,
XIII века - зарядил ее понятиями, которые нам теперь кажутся
несостоятельными. Мы уже знаем, что понятия благости, величия, премудрости,
всемогущества и славы не способны породить хоть сколько-нибудь стоящий
отклик. Мы-то (по сути, люди не менее наивные, чем Люлль) зарядили бы ее
иначе. Скорее всего, словами Энтропия, Время, Электрон, Потенциальная
Энергия, Четвертое Измерение, Относительность, Протоны и Эйнштейн. Или:
Прибавочная Стоимость, Пролетариат, Капитализм, Классовая Борьба,
Диалектический Материализм, Энгельс.

ТРИ ДИСКА

Если один-единственный круг, разделенный на девять камер, позволяет
получить столько комбинаций, что уж говорить о трех вращающихся
концентрических дисках, из дерева или из металла, с пятнадцатью или
двадцатью камерами каждый? Так подумал далекий от нас Рамон Люлль на своем
рыжем знойном острове Майорке и вообразил себе схему своей машины.
Обстоятельства создания и цель этой машины (рис. 2) теперь нас не
интересуют, зато интересует принцип ее действия и методическое применение