"В.А.Вонлярлярский. Байя" - читать интересную книгу автора

алжирского театра к 7 часам следующего вечера, и о первом заседании Cour
d'Assises[1] по делу Джевула к 7 часам утра.
На оба представления собралось множество зрителей. За час до
восхождения солнца зала суда наполнилась уже любопытными, а ровно в 7 часов
говор умолк и секретарь присутствия прочел собранию мелко исписанную тетрадь
об умышленном убийстве Филиппа Росса бедуином Джевулом. Окончив чтение,
секретарь сложил тетрадь и сел, а президент назвал подсудимого по имени.
Джевул, сидевший между двумя жандармами, встал с своего места.
- Твое имя? - спросил президент.
- Настоящего не знаю! - отвечал подсудимый
- Твои лета и твоя родина?
- Не знаю.
- Ты обвинен в умышленном покушении на жизнь Филиппа Росса?
Джевул молчал.
- Преступление твое ужасно, тем более, что Филипп Росс был твоим
благодетелем, - сказал президент. Джевул улыбнулся. - Преступление твое
ужасно тем более, - продолжал президент, - что Филипп Росс, как известно,
был к тебе всегда снисходителен и добр. Причина же его справедливого
негодования, как ты сам знаешь, была более чем основательна. Ты употребил во
зло его доверенность и прежде, чем покусился на жизнь, покушался на его
собственность.
- Я не покушался на его собственность! - сказал отрывисто Джевул.
- Господа свидетели! - воскликнул президент.
Женщина пожилых лет, сидевшая на первой скамье между зрителями, встала
со своего места.
- Имя ваше? - спросил президент.
- Амелия Росс!
- Что вы имеете сказать о подсудимом?
- Я жена Филиппа, - отвечала женщина, - и утверждаю, что Джевул
постоянно замечен был в утрате выручаемых денег за доверенный ему мужем моим
товар, и что это самое обстоятельство понудило Филиппа прибегнуть к строгим
мерам, на что, впрочем, муж мой решился в первый раз, так он был слаб и добр
к неблагодарному.
Президент: Имеет ли подсудимый сказать что-нибудь в свое оправдание?
Джевул: Нет, ничего не имею.
Президент: Господа прочие свидетели!
Несколько человек встало с своих мест.
Президент: Прошу вас говорить по очереди.
1-й свидетель, человек лет 40, глупой наружности: Господин президент!
все, что сказала госпожа Росс, совершенная правда.
Президент: Имеете ли вы прибавить что-нибудь?
1-й свидетель: Я говорю, господин президент, что госпожа Росс сказала
сущую правду.
Президент: Второй свидетель! Ваша очередь.
2-й свидетель (мучной торговец): Я, господин президент, считаю
священною обязанностию, как перед богом, то есть, перед совестью и всем, как
для меня, так и для всякого, и для вас, господин президент, вот что!
Президент (с нетерпением): Прошу вас не терять слов.
2-й свидетель: Я, господин президент, говорю и готов говорить ясно;
потом, не только в таком деле и в таком месте, и при таких обстоятельствах,