"Людмила Богданова. Я ожил - и вот се мертв." - читать интересную книгу автора

зажимая рот ладонью. Кашель снова душил ее.
- Та-ак. Что это с вами? И разве можно в таком состоянии заниматься... -
он чуть было не сказал "интригами".
- Выбора не было, - огрызнулась она.
- Все ли пленницы так дерзки?
- Все ли тюремщики так заботливы?
Князь наконец рассмеялся.
- Пленница ли вы, решать стану не я. И что с вами делать - тоже.
- Не бойтесь за мои нервы, - сказала на это сухо Юлиана. - Я знала, что
принимаю на себя вину сестры и вместе с ней приговор.
- Здесь не действуют законы Джайна.
- Вот как? Неужели вы женаты не на его принцессе?
Пленнице не стоило задевать Нури. Антон резко встал. Разговора не
получилось.
- Где теперь ваша сестра?
- В надежном месте.
Конечно, не признается. Даже под пыткой. И вовсе не похожа на Олайне.
- Я выслал погоню.
- Зачем вы сообщаете мне это?
Антон пожал плечами. Когда он был уже на пороге, Юлиана окликнула его:
- Харм! 1
Антон, бледнея, обернулся к ней:
- Вы не можете этого знать!
На этот раз она выиграла.


Вода была стеклянистая, оттенка необработанного берилла, поросшая у
топкого берега остролистом и коричневой осокой, по воде плавали
кувшинковые листья. Пруд был маленький, над ним склонялись к воде старые
ракиты. Отблеск вечерней зари лежал алой полосой на этом бледном зеркале,
и в нем величаво держались лебеди, их чистые перья светились
нежно-оранжевым. Юлиана, укутанная в синий с малиновой оторочкой плащ,
тянулась с мостков, чтобы погладить гордых птиц. Князь стоял за ее спиной
в своем плаще, подбитом мехом лемпарта, в высоких сапогах, и слегка ежился
от предвечерней стылости.
- Это был лемпарт Сархи2, - говорила Юлиана высоким чистым голосом, все
еще под впечатлением его рассказа. - Вы думали, я не догадаюсь?
- Вы чересчур догадливы.
Бессознательно ему хотелось оскорбить ее, но Юлиана не среагировала.
Смотрела, как уплывает огромная ясно-оранжевая от солнца птица.
- Я бы не испугалась его.
Князь только покачал головой.
- Здесь ветер, пойдемте. Опять заболеете.
- Это не простуда, сухота. У меня были сожжены легкие.
Он сперва не уловил смысла из-за обыденности слов. У нее манера так
странно шутить?
Юлиана обернулась и подняла на него по-детски доверчивые глаза. Антон
вздрогнул.
- У вас в глазах ... искорки... как от солнца.
- Не надо этого! - вдруг сказала она резко. - Ничего не будет.