"Николай Иванович Бирюков. Трудная наука побеждать" - читать интересную книгу автора

разыскивал их по госпиталям, помогал вернуться после излечения в родную
воинскую семью.
Вот почему я был очень огорчен, когда в конце мая вдруг получил приказ
сдать дивизию и отправиться к новому месту службы - в 4-ю гвардейскую армию.
Всегда жаль оставлять людей, с которыми столько испытал, столько прошел.
Однако личные огорчения на службе - не в счет. Попрощался с дивизией,
потом поехал прощаться с командующим 53-й. армией генерал-майором И. М.
Манагаровым. Он сказал мне, что это перемещение с дивизии на дивизию
временное, что меня выдвинули кандидатом на должность командира гвардейского
корпуса.
С тем я и отправился к новому месту службы - в 80-ю гвардейскую
стрелковую дивизию. Штаб 4-й гвардейской армии, куда я сперва заехал,
располагался близ города Лебедянь. В оперативном отношении район был выбран
очень удачно. Отсюда армию можно было при необходимости быстро выдвинуть на
любое из трех главных направлений - орловское, курское или белгородское.
Ни командующего, ни члена Военного совета в штабе не оказалось. Мне
сказали, что они вернутся не скоро, и посоветовали не мешкая принимать
дивизию. Так я и сделал.
Проезжая через старинный город Лебедянь, вспомнил молодость. Здесь в
1920 году начинал я службу, сперва красноармейцем, потом курсантом полковой
школы. Было все - и голод, и холод, и сыпной тиф, косивший красноармейцев.
Но было и другое - воскресники под Красными знаменами, великое рвение к
знаниям, стремление стать образованным командиром Красной Армии...
Работа моя в должности командира 80-й гвардейской дивизии и в самом
деле была кратковременной - всего лишь месяц. За этот срок удалось провести
тактические учения с боевой стрельбой во всех полках и батальонах.
Любой строевой командир знает, сколько хлопот приносят молодые солдаты,
которые боятся звука выстрела. Вот боец лежит на огневом рубеже. Он хорошо
усвоил теорию стрельбы: надо совместить прорезь прицела и мушку, затаить
дыхание, плавно нажать спусковой крючок. Но только было приладился - справа
грохнула винтовка соседа, он вздрогнул, мишень ушла в сторону.
Теперь представим себе того же бойца, когда над ним свистят и
разрываются где-то впереди артиллерийские снаряды, когда танки,
перекатываясь через его окоп, устремляются в атаку. В этом сплошном грохоте
и реве он должен быть хладнокровным, уметь ориентироваться, вовремя выбирать
цель для своей пули и штыка.
Ничто не приближает так солдата к фронтовой обстановке, как тактическое
учение с боевой стрельбой. Мне не раз доводилось наблюдать в бою людей,
которых предварительно "крестили" в тылу. Огромная разница по сравнению с
теми, кто не прошел через такие учения.
80-я дивизия готовилась к боям, когда случай познакомил меня с
некоторыми особенностями характера командующего армией генерал-лейтенанта Г.
И. Кулика.
В дивизии оказалось много заслуженных воинов, не отмеченных никакими
наградами. Например, у командира роты старшего лейтенанта Н. Н. Зарянова
было шесть красных и желтых нашивок на груди. Шесть ранений, а награды - ни
одной! Я приказал командирам и политработникам разобраться в каждом таком
случае и, коли человек заслужил, представить его к награде. Узнав о моем
распоряжении, генерал Кулик собрался поставить на заседании Военного совета
вопрос о новом комдиве, якобы разбрасывающемся орденами. К счастью для меня,