"Николай Бердяев. Философия свободного духа" - читать интересную книгу автора

другого порядка. Пусть благодать привела меня к вере, но благодать эта
пережита мной, как свобода. Те, которые через свободу пришли к христианству,
несут с собой в христианство особый дух свободы. Их христианство не есть уже
бытовое, наследственно-родовое христианство, их христианство неизбежно более
духовное христианство, в духе рожденное, а не в плоти и крови. Опыт свободы
духа неизгладим, хотя своеволие может и должно быть преодолено. Люди
авторитарного, наследственного типа религиозности всегда будут плохо
понимать людей, пришедших к религии через свободу, через имманентное
изживание трагического опыта жизни. Религиозная жизнь проходит через три
типические стадии: 1) через стадию объективную, народно-коллективную,
природно-социальную; 2) через стадию субъективную,
индивидуалистически-личную, душевно-духовную и 3) на вершине подымается до
преодоления противоположности между объективным и субъективным и достигает
высшей духовности. Появление христианства в мире предполагало переход от
объективно-народной религии к религии субъективно-индивидуалистической. Но в
дальнейшем христианство осело и кристаллизовалось, как религия
объективно-народная, социально-коллективистическая. Ныне переживает кризис
именно эта форма христианства. Религиозная жизнь проходит через
субъективно-индивидуалистический фазис, который не может быть последним и
должен быть тоже преодолен.
Есть два типа душевного устроения, которые сталкиваются на протяжении
всей человеческой истории и с трудом понимают друг друга. Один из этих типов
принадлежит коллективу, социальному большинству, и он внешне преобладает в
истории; другой принадлежит духовной индивидуальности, избранному
меньшинству, и значение его в истории более сокровенное. Условно можно было
бы сказать, что это "демократический" и "аристократический" духовный тип.
Социалисты говорят, что привилегированное меньшинство всегда в истории
человеческих обществ эксплуатировало обездоленное большинство. Но есть
другая истина, истина более глубокая и более сокрытая от внешнего взора:
коллектив, количественное большинство всегда в истории эксплуатировало и
насиловало, притесняло и гнало качественное меньшинство, духовные
индивидуальности, имевшие эрос божественного, устремленные к горнему миру.
История создавалась для среднего массового человека, для коллектива. Для
него, для этого среднего человека, человека коллектива, создавались
государство, семья, правовые учреждения, школа, бытовой уклад, даже внешняя
организация Церкви, к нему приспособлялись познание, мораль, религиозные
догматы и культ. Он, этот средний, массовый человек, человек коллектива, был
господином истории, и он всегда требовал, чтобы все делалось для него, чтобы
все считалось с ним, с его уровнем и его интересами. "Правые" и "левые",
консерваторы и революционеры, монархисты и социалисты одинаково принадлежат
этому коллективистическому "демократическому" типу. Правые, консерваторы,
монархисты, защитники во всем авторитета не менее "демократичны", чем те,
которые именуют себя "демократами". Для социального коллектива, для среднего
массового человека создают монархии, укрепляют иерархический авторитет,
охраняют старый бытовой уклад, так же как для него же делают революции,
отрицают все авторитеты и разрушают старый бытовой уклад. Абсолютные
монархии и социалистические республики одинаково нужны для масс, одинаково
приспособлены для среднего человека. Этот средний массовый человек, человек
коллектива так же господствовал в дворянстве, как господствует в буржуазии,
в крестьянстве и в рабочем классе. Для духовной аристократии никогда не