"Григорий Бакланов. Дурень" - читать интересную книгу автора

- Нет, вы, кажется, не поняли, о чем я говорю. Главный подвиг Стивена
Хокинга даже не научный, а то, что он нашел в себе мужество жить! В
инвалидном кресле он летает через океан, его принимал в Белом доме
президент!
- Ви-иктор! - раздалось из форточки. - Виктор Константинович, тебя - к
телефону!
Семен снова взялся за лопату. И слышал, как в доме хозяйка выговаривает
мужу:
- Ты мешаешь ему работать!
А Семен копал и думал: вот ты - ученый человек, а половину участка
продать пришлось. И кто купил? Шрам из-под глаза через всю щеку, это -
ножом. А еще рассказывала Нюрка, она ходит к ним полы мыть, будто год целый
возили его в коляске не хуже того инвалида, который дырами в небе занялся.
Чего-то они там не поделили между собой, пуля на разборке задела ему
позвоночник, обе ноги отнялись.
Но год прошел, опять на ноги встал, половину участка у профессора
откупил, а когда забором отгораживался, еще надвинулся, метров десять
прихватил. Хозяйка было туда-сюда, хотела судиться, но пришли к ней двое: "А
домишко-то у вас, глядим, деревянный. Дерево, оно хорошо-о горит...". И она
не стала мужа волновать, пожаловалась Семену: там у нее вишни росли. И
Семен, закончив работу, взял с нее меньше, чем заранее в уме распланировал.
У него не первый раз так: либо ему не доплатят при расчете, либо
размечтается, а потом - сколько дадите.
На зиму, по совету этой профессорши, пустила его в кухню вдова
знаменитого в прежние времена человека. Дом от него заперла, ванной сказала
не пользоваться, мол, газовую колонку пережжет, пожару еще наделает,
раковина на кухне есть. Он не обижался: мало ли, чужой человек полезет в
ванную, еще заразу какую-нибудь занесет. Это у кого все есть, те обижаются,
а у кого нет ничего - необидчивы. Он и за то был благодарен, что пустили
дачу сторожить, а на жизнь себе заработает, ему и немного надо. Об одном
жалел: телефон от него заперли. Звонить ему было некуда и некому, но все ж
таки - телефон.
Зима в том году стояла снежная. И все подсыпало и подсыпало. Как
закружит метель, к утру ни с крыльца соступить, снегу по колено, ни машину
из гаража выкатить.
Семен обзавелся большой дюралевой лопатой, вначале сам ходил, предлагал
дорожки расчистить, потом от просителей отбою не стало, уже и по отчеству
обращаются: Семен Палыч, Семен Палыч... Вообще-то он по отцу - Петрович, да
ладно... Еще горят фонари, тьма, как ночью, а Семен уже скребет лопатой. И
вечером, когда возвращается, горят по улице фонари, как будто дня и не было.
Возвращался весь мокрый, как мышь, волосы под шапкой мокрые, слиплись.
Первой, что у него деньги завелись, догадалась Нюрка, которая к
обидчикам профессора ходила полы мыть:
- Тебе, может, чего постирать? Да вот у тебя и машина стиральная стоит.
- Не трог!
- А чего она?
- Негодящая.
- А ну я погляжу...
- Не трог! - прикрикнул на нее Семен.
Машина, и правда, была старая, даже краска на ней облупилась, такую и