"Аркадий Аверченко. Два преступления господина Вопягина и др.рассказы" - читать интересную книгу автора

стройная, но - не то! Решительно не то... А другая - прехорошенькая девушка
лет восемнадцати...
- Ага! - сурово сказал судья, наклоняясь вперед. - Вот видите! Что вы
скажете нам о ней?.. Из чего вы заключили, что она девушка и именно
указанного возраста?
- Юные формы ее, г. судья, еще не достигли полного развития. Грудь ее
была девственно-мала, бедра не так широки, как у блондинки, руки худощавы, а
смех, когда она засмеялась, звучал так невинно, молодо и безгрешно...
В камере послышалось хихиканье публики.
- Замолчите, г. Вопягин! - закричал судья. - Что вы мне такое
рассказываете! Судье вовсе не нужно знать этого... Впрочем, ваше откровенное
сознание и непреднамеренность преступления спасают вас от заслуженного
штрафа. Ступайте!
Вопягин повернулся и пошел к дверям.
- Еще один вопрос, - остановил его судья, что-то записывая. - Где
находится это... место?
- В двух верстах от Сутугинских дач, у рощи. Вы перейдете мост, г.
судья, пройдете мимо поваленного дерева, от которого идет маленькая тропинка
к берегу, а на берегу высокие, удобные кусты...
- Почему - удобные? - нервно сказал судья. - Что значит - удобные?
Вопягин подмигнул судье, вежливо раскланялся и, элегантно раскачиваясь
на ходу, исчез.


Ихневмоны


Редактор сказал мне:
- Сегодня открывается выставка картин неоноваторов, под маркой
"Ихневмон". Отправляйтесь туда и напишите рецензию для нашей газеты.
Я покорно повернулся к дверям, а редактор крикнул мне вдогонку:
- Да! забыл сказать самое главное: постарайтесь похвалить этих
ихневмонов... Неудобно, если газета плетется в хвосте новых течений и носит
обидный облик отсталости и консерватизма.
Я приостановился.
- А если выставка скверная?
- Я вас потому и посылаю... именно вас, - подчеркнул редактор, - потому
что вы человек добрый, с прекрасным, мягким и ровным характером... И найти в
чем-либо хорошие стороны - для вас ничего не стоит. Не правда ли? Ступайте с
Богом.
Когда я, раздевшись, вошел в первую выставочную комнату, то
нерешительно поманил пальцем билетного контролера и спросил:
- А где же картины?
- Да вот они тут висят! - ткнул он пальцем на стены. - Все тут.
- Вот эти? Эти - картины?
Стараясь не встретиться со мной взглядом, билетный контролер опустил
голову и прошептал:
- Да.
По пустынным залам бродили два посетителя с испуганными, встревоженными
лицами.