"Петр Аршинов. История махновского движения " - читать интересную книгу автораотношений, ничего общего не имевший с революционными идеями равенства и
свободы народных масс Франции 18-го века. А ведь они считались и до сих пор считаются общепризнанными вождями всей великой революции. И разве после французской революции 1848 года рабочий класс, отдавший революции три месяца героических усилий, нужды, лишений и жертв, получил "социальную республику", как обещали ему руководители революции? От них он получил социальное порабощение и массовое избиение, расстрел 50-ти тысяч рабочих Парижа, когда последние попытались восстать против обманувших их руководителей. Рабочим и крестьянам во всех прошлых революциях удавалось лишь наметить свои устремления, создать лишь свое течение, которое всегда извращалось и затем ликвидировалось более умными, более хитрыми, более знающими вождями революции. Самое большее, чего трудящиеся достигали в этих революциях, - это незначительной подачки, в форме ли права на собрания, союзы, печать, или - в форме права избирать себе правительство; да и то эта подачка, как правило, изымалась, как только новая власть закреплялась вполне. После этого жизнь масс направлялась в русло прежнего бесправия, эксплуатации, обмана. Лишь в таких низовых движениях масс, как бунт Разина или как революционные повстания (от укр. повстання - восстание. прим. изд.) крестьян и рабочих наших лет, народ бывал хозяином движения, давая ему свою форму и содержание. Но эти движения, встречаемые обыкновенно хулой и проклятиями всего "мыслящего" человечества, еще никогда не побеждали, и они по своему содержанию и форме резко отличаются от революций, руководимых политическими группами и партиями. Наша русская революция является, несомненно, пока что политической фактом этой революции, на фоне величайших жертв, страданий и революционных усилий рабочих и крестьян, является захват политической власти промежуточной группой, так называемой социалистической революционной интеллигенцией - социалистической демократией. 0 социалистической интеллигенции - русской и международной - писали много. Обыкновенно ее хвалили, называя носительницей высших человеческих идеалов, поборницей вечной правды. Реже ее бранили. Но все, написанное о ней, - и хорошее и худое, - имеет один существенный недостаток: тот именно, что она сама себя определяла, сама себя хвалила или бранила. Для независимого ума рабочих и крестьян это совершенно неубедительно и не может иметь никакого значения в отношениях между нею и народом. Последний в этих отношениях будет считаться только с фактами. Реальным, неопровержимым фактом в жизни социалистической интеллигенции является тот, что она всегда пользовалась привилегированным социальным положением. Живя в привилегиях, интеллигенция стала привилегированной не только социально, но и психологически. Все ее духовные устремления, - то, что называется "общественным идеалом", - неизбежно несут в себе дух сословных привилегий. Мы находим его на протяжении всего общественного развития интеллигенции. Если мы возьмем эпоху декабристов как начало революционного движения интеллигенции, то, переходя последовательно через все этапы этого движения - народничество, народовольчество, марксизм и вообще социализм во всех его разветвлениях, - мы всюду находим этот ярко выраженный дух сословных привилегий. Как бы ни был высок общественный идеал по своей внешности, но раз он |
|
|