"Федерико Андахази. Фламандский секрет" - читать интересную книгу автора

ревностью. Монтерга не придал происшествию никакого значения, поскольку
помнил, что рассудок у его коллеги все-таки поврежден.
Никто из тех, кому были ведомы странные привычки отшельника-испанца, не
проявлял к ним особенного интереса - до того дня, когда совсем рядом с его
потаенным жилищем обнаружили тело ученика Франческо Монтерги с
обезображенным лицом.

VI

Никто не имел оснований предполагать, что этот отшельник в лохмотьях из
потертой кожи, почти такой же дикий, как и собаки, с которыми он делит кров,
когда-то находился под покровительством Изабеллы, королевы Кастилии, и ее
мужа Фердинанда, короля Арагона. Никто не мог бы представить, что этот
призрак, который прячется в густой листве, сторонится людей и спит в
развалившейся лачуге, когда-то получал главные заказы от испанских монархов.
Хуан Диас де Соррилья родился в Паредес-де-Навас, что в Кастилии. Он был
земляком и соучеником Педро Берругете, отца Алонсо Берругете, которого
спустя много лет признают основоположником испанской живописи. Хуан и Педро
были как братья. Их пути разошлись после смерти учителя. Хуан Диас де
Соррилья перебрался в Италию и поселился в Умбрии. Его талант сразу же был
замечен; когда ему не исполнилось еще и четырнадцати лет, он получил теплое
рекомендательное письмо из рук самого Пьеро делла Франческа: "Предъявитель
сего - испанский юноша, прибывший в Италию, чтобы выучиться живописи, и
просивший моего позволения взглянуть на картину, которую я начал писать в
Зале. Поэтому необходимо, чтобы ты так или иначе постарался достать для него
ключ, а если еще в чем-либо сможешь ему оказаться полезным, сделай это для
меня, поскольку это необыкновенный юноша". Первые свидетельства
неординарного поведения Хуана также относятся к этому времени; трудно
сказать, какое именно происшествие заставило его покровителя изменить свое
мнение о юноше, только в другом письме Пьеро делла Франческа прямо
противоречит данной им самим рекомендации: "Дошли до меня известия, что
испанцу не было позволено войти в Зал; я за это благодарен и прошу тебя
передать при встрече сторожу, чтобы так же поступал он и с остальными".
После бесплодных блужданий, которые начались в Риме и закончились во
Флоренции, юноша возвратился в Испанию. В Сарагосе он по заказу
вице-канцлера Арагона работал над надгробием и ретабло в капелле монастыря
Херонимо де Санта Энграсиа. Все эти годы он подвизался в качестве
скульптора, главным образом в Сарагосе, пока Изабелла Кастильская не
призвала его к себе на службу, назначив придворным живописцем и скульптором.
Именно в этот период Хуан Диас де Соррилья получил заказ на несколько
проектов, которые могли навсегда обессмертить его имя. Впрочем, все они так
и остались в набросках. Покровителям юноши его работы показались чересчур
сложными, зловещими, перегруженными темными иносказаниями, значения которых
никто не понимал. Несмотря на то что талант и особенно техника молодого
художника не подвергались сомнению, его наброски представляли собой странные
фантазии на библейские сюжеты в обрамлении пугающих пейзажей. "Усекновение
главы святого Иоанна Крестителя" его работы было таким страшным, что многие
просто не могли смотреть на картину. То ли по иронии его высокопоставленных
покровителей, то ли по чистой случайности Хуан получил место в судебной
канцелярии и скромное жалованье, позволявшее ему экономное, но достойное