"Акютагава Рюноске. Бататовая каша (пер. А.Н.Стругацкий)" - читать интересную книгу автора

него только слегка обвисли плечи и странную расцветку приняли шнуры и
вышивка, только и всего, но вот что касается штанов, то на коленях они
были в беспримерно плачевном состоянии. Гои не носил нижних хакама, сквозь
дыры проглядывали худые ноги, и вид его вызывал брезгливость не только у
злых обитателей казармы: словно смотришь на тощего быка, влачащего телегу
с тощим дворянином. Меч он имел тоже до крайности подержаный: рукоять едва
держалась, лак на ножнах весь облупился. И недаром, когда он плелся по
улице со своим красным носом, на своих кривых ногах, волоча соломенные
дзори, горбясь еще более обычного под холодным зимним небом и бросая по
сторонам просительные взгляды, все задевали и дразнили его. Даже уличные
разносчики, бывало и такое.
Однажды, проходя по улице Сандзё в сторону парка Синсэн, гои заметил у
обочины толпу ребятишек. Волчок запускают, что ли, подумал он и подошел
посмотреть. Оказалось, что мальчишки поймали бродячую собачонку, накинули
ей петлю на шею и истязают ее. Робкому гои не было чуждо сострадание, но
до той поры он никогда не пытался воплотить его в действие. На этот раз,
однако, он набрался смелости, потому что перед ним были всего лишь дети.
Не без труда изобразив на своем лице улыбку, он похлопал старшего из
мальчишек по плечу и сказал:
- Отпустили бы вы ее, собаке ведь тоже больно...
Мальчишка, обернувшись, поднял глаза и презрительно на него уставился.
Он глядел на гои совершенно так же, как управитель в казармах, когда гои
не мог взять в толк его указаний. Он отступил на шаг и, высокомерно
оттопырив губу, сказал:
- Обойдемся без твоих советов. Проваливай, красноносый.
Гои почувствовал, будто эти слова ударили его по лицу. Но вовсе не
потому, что он был оскорблен и рассердился. Нет, просто он устыдился того,
что вмешался не в свое дело и тем себя унизил. Чтобы скрыть неловкость, он
вымученно улыбнулся и, не сказав ни слова, пошел дальше по направлению к
парку Синсэн. Мальчишки, вставши плечом к плечу, строили ему вслед рожи и
высовывали языки. Он этого, конечно, не видел. А если бы и видел, что это
могло значить для лишенного самолюбия гои!
Но было бы ошибкой утверждать, будто у героя нашего рассказа, у этого
человека, рожденного для всеобщего презрения, не было никаких желаний. Вот
уже несколько лет он питал необыкновенную приверженность к бататовой каше.
Что такое бататовая каша? Сладкий горный батат кладут в горшок, заливают
виноградным сиропом и варят, пока он не разварится в кашицу. В свое время
это считалось превосходным кушаньем, его подавали даже к августейшему
столу.
Следовательно, и рот человека такого звания, как гои, оно могло попасть
разве что раз в год, на каком-нибудь ежегодном приеме. И даже в этих
случаях попадало весьма немного, только смазать глотку. И поесть до отвала
бататовой каши было давней и заветной мечтой нашего гои. Конечно, мечтой
этой он ни с кем не делился. Да что говорить, он и сам, наверное, не
вполне отчетливо сознавал, что вся его жизнь пронизана этим желанием. И
тем не менее можно смело утверждать, что жил он именно для этого. Люди
иногда посвящают свою жизнь таким желаниям, о которых не знают, можно их
удовлетворить или нельзя.
Тот же, кто смеется над подобными причудами, - просто ничего не
понимает в человеческой природе.