"Оксана Аболина. Когда сгнил придорожный камень..." - читать интересную книгу автора

- Как же можно - заупокойную и - себе?
А он говорит, грустно так:
- Я когда-то здесь жил... и когда-то здесь умер... Вот могила моя. - и
перекрестился, печально-печально...
Ну, думаю, мозги набекрень у парня. Спрашиваю:
- Чего это с тобой? Пьяный ты, что ль? Где такой бреднятины
поднабрался?
Он говорит:
- Нет, - говорит, - человек живет не одну жизнь. Так-то брат. Я долго
искал свою могилу, долго искал то место, где прежде жил, долго вела меня
путеводная звезда.
Я говорю:
- Ты - че, более умного дела не нашел, чем искать свою бывшую могилу?
А он говорит:
- Нет, - говорит, - я просто всегда знал, что когда-то тогда... в
прошлой жизни, я начал писать одну книгу и не успел ее закончить. И, умирая,
попросил я Бога не дать мне забыть о ней, позволить вернуться на землю,
найти следы этой книги и продолжить ее...
- Ну и как? Нашел? - спросил я.
- Да, - ответил он грустно. - она в хранилище нашего Архива. Только,
чует сердце, я ее опять не успею закончить...
Да, братцы. А потом, на прощанье он еще говорит мне: "Забавно вот
Мануэль. Ты ведь и не знаешь, а ты мой прапраправнук. Вот как иногда
случается..."
Ну, я сделал ему ручкой - мол, пошел ты друг, со своими сказками.
Только грустно мне стало потом как-то... Вдруг, думаю, все это правда? Никто
ж не знает - откуда он. Может, переодетый ученый. Или чародей. Пришел по
какой-то нужде своей в дыру нашу, тихий такой, незаметный, бродяга... а
сам - голова! Такое знает, что нашим дохлым мозгам и во сне не приснится!..
И умер он не по-нашему как-то... Эх, выпьем, выпьем, братцы, на помин души
Франца Клевера, авось он святой, коль чудной такой. Может, и он тогда за нас
на небе помолится?..

РУКОПИСЬ ФРАНЦА КЛЕВЕРА

КОГДА СГНИЛ ПРИДОРОЖНЫЙ КАМЕНЬ...

Лист 1

Ну, что же, бродяга, Франц Клевер, вот я и вернулся к этим пожелтевшим
хрупким листам бумаги со стертыми буквами, чудом сохраненными Временем. О
чем мне писать? И стоит ли продолжать эту работу? Я не знаю. Старое время
умерло. Старые люди умерли. Старые мысли умерли. И умер я. Осталась только
моя память.
Я прочитал свой трактат, написанный триста лет тому назад, и сердце мое
исполнилось горечи. Вечный Бродяга, всегда помнящий прошлое и не знающий
будущее, я вернулся туда, откуда пришел из прежней своей жизни. Ничего не
осталось на этой Земле того, что было 300 лет назад. Лишь черепки моего
черепа... И ничего не останется от моей нынешней рукописи через 300 лет,
кроме жухлых листов бумаги, стертых букв и молодого бродяги - меня - который