"Барбара Картленд. Дезире - значит желание " - читать интересную книгу автора

одного, не добивались бы ее, не льстили бы ей, не восхищались бы ею и не
поклонялись бы ей. Ее красота оставалась непревзойденной, и все же ей иногда
казалось, что эта красота спала и ждала поцелуя прекрасного принца, чтобы
пробудиться и достигнуть вершины совершенства.
А потом в нее влюбился Дрого! Она знала его почти с самого рождения,
потому что их матери дружили. Он всегда был симпатичным мальчиком, но она не
думала о нем как о мужчине, пока он не вернулся полгода назад из
кругосветного путешествия и они не встретились как бы впервые. Тогда Лили и
узнала, что такое настоящая любовь.
Она отняла у Дрого одну руку и прижала ладонь к его щеке. Другая рука
осталась у него, и он стал целовать ее запястье и ведущие к нему голубые
жилки, все выше отодвигая шифоновые оборки рукава, пока не добрался до сгиба
руки. Его глаза встретились с глазами Лили, и в этом взгляде было хорошо
знакомое ей дерзкое приглашение.
- Не смотри на меня так, Дрого! - приказала она. - Ты не понимаешь...
Стоя к нему спиной, она вытащила из-за пояса малюсенький кружевной
платочек и промокнула им уголки глаз.
- Дорогая, расскажи мне, в чем дело, - попросил Дрого.
Он смотрел на нее, и солнечный свет, падавший из окна, которое выходило
в Гайд-парк, золотил ее склоненную головку, бросая блики на искусно
уложенные завитки. Когда она распускала волосы, они ниспадали почти до
колен, и герцог вспомнил, как часто он зарывался лицом в их ароматный шелк.
Не может быть женщины прекраснее, чем она, подумал он, глядя на Лили.
Белая, чуть тронутая румянцем кожа, золотые волосы, голубые глаза -
классические английские черты. В прекрасных, плавных линиях ее тела тоже
присутствовало нечто исконно английское. Она очень гордилась своей тонкой
талией; каждое ее движение, каждый жест были преисполнены не только красоты,
но также грации и достоинства.
- Что тебя беспокоит? - нетерпеливо спросил герцог.
Лили повернулась к нему лицом.
- Джордж все узнал! - прошептала она. Когда она произносила эти
фатальные слова, ее губы задрожали, и две крупных слезы скатились у нее по
щекам.
При виде этого герцог не смог сохранить самообладания. Он в два шага
оказался рядом с ней и заключил ее в объятия. На несколько мгновений они
тесно прильнули друг к другу, и его сила и решительность несказанно
успокоили и ободрили ее.
- Не плачь, дорогая, я этого не вынесу, - пробормотал он, но, когда он
хотел поцеловать ее, она его оттолкнула.
- Нет-нет, Дрого! Тебе придется меня выслушать. Это серьезно, разве ты
не понимаешь? Джордж ужасно разозлился. Впредь он запретил нам видеться.
- Но это нелепо... абсурдно! - воскликнул герцог.
- Да, я знаю. Я спорила с ним... я просила его. Что я только не
говорила - все напрасно. Кто-то видел нас в Кью-Гарденз на прошлой неделе.
Джорджу передали, и он вспомнил, что, когда спрашивал меня, где я была в тот
день, я сказала, что была у портнихи. Мне кажется, он какое-то время следил
за нами, и его подозрения подтвердились. Дрого, что же нам делать?
В ответ герцог обнял ее за плечи.
- Уедем со мной, - сказал он. - Мы можем уехать за границу. Джордж даст
тебе развод, и мы поженимся.