"Владимир Черкасов. Опер против маньяка (Опер 1)" - читать интересную книгу автора

лапти, но больше брали подлещики. Сергей подсекал и легко выводил их,
азартно посматривал на донки, заряженные червем. Тех могли атаковать окуни,
необходимые для тройной ухи.
При первом свете зари ударило и по тем донкам. Сергей сумел сразу подсечь
первого полосатого бандита. Этого приходилось волочь к берегу, как духового
блатного при задержании. Окунь скакал, вырываясь из воды, пытался сорваться.
Крупный был и осатанелый!
Сняв духарика с крючка, Сергей пустил его в садок, где тот сразу ударил
хвостом уже вяло шевелящихся лещиков. Чуть позже Кость произвел арест еще
нескольких с "татуировкой" под тельняшку.
На уху рыбы уже было достаточно. Но для тройной-то требовались и ершики,
они рыбьему настою особый вкус придают. Кострецов взял удочку и пошел за ивы
по ерши.
Солнце брызгало, золотя реку. Сергей закинул удочку, но первыми стали
штурмовать наживку мелкие окуньки.
Пришлось Кострецову попотеть. Он спускался по реке, закидывая в разных
местах. Наконец нащупал ершиную стайку. Перетаскал ее полностью.
Солнце в безоблачном небе по-осеннему мягко светило, когда Кострецов
вернулся на исходные позиции. Профессионально рыбацкий опер в срок уложился
- как раз к завтраку.
Он поднялся от реки к уже накрытому Катей столику. На разожженном ею
костерке в походном почерневшем чайнике кипятилась вода. Ловкой была
уральская Катя, во многом обтерпелась и на рыбалках с Бунчуком. Сияя серыми
глазами, полногрудая, в обтягивающей футболке и спортивных штанах,
подчеркивающих бедра, она особенно волновала Сергея этим утром.
- Поймал, дядя Сережа? - закричал, как только его увидел, Мишка, крутя
вихрастой головой, еще более всклокоченной со сна.
- Иди, садок посмотри, - загадочно ответил Сергей, присаживаясь к столу.
Катя тоже не утерпела, и они с сыном спустились к реке. Приподняли над
водой садок, где золотисто и серебряно забились рыбы. Мишка от такой роскоши
не захотел было к столу завтракать возвращаться.
После чая мальчишка вооружился смастеренной отцом удочкой, и пошли они с
Сергеем по речке цеплять уже разыгравшуюся мелкую рыбу. Катя, убравшись
после завтрака, легла на плед в купальнике позагорать. Кострецова, шагавшего
с Мишкой, так и тянуло обернуться.
На обед должна была быть уха. Ее мастерское приготовление возглавил
капитан Кострецов. Катя лишь безропотно подчинялась указаниям, под командой
Сергея потроша и тщательно промывая рыбу.
Сергей комментировал:
- Чешую с мелочи окуневой и ершиной нельзя счищать: для придания ушице
необходимой клейкости. Но у окуней надо и жабры удалить, а то дадут
горьковатый привкус... Да-а, если б сюда судачка или царь-рыбу стерлядку,
уха б императорской была. А вот карась и линь в такое дело никак не годятся.
Приготовленную рыбу он загрузил в большой котелок с холодной водой, Катя
кинула туда очищенные коренья, лук, соль. Кострецов, повесив котелок над
огнем, накрыл его крышкой. Присел у костра, закурил и объявил:
- С часок должно покипеть, и медленно.
- Сереж, - сказала Катя, садясь рядом. - Ну что ты куришь?! Мало тебе от
костра дыму?!
- Ты вроде моей мамы, она тоже не выносит, когда я курю. А вот как раз