"Герман Чижевский. Зыбкое марево атолла (Фантастический рассказ)" - читать интересную книгу автора

рифов, мелей и скал к островам Тукангбеси. Когда глубина под килем
сравнялась с тридцатью футами, "Аргонавт" отдал якорь.
Эта история началась часом позже, когда Арчибальд Кофер и Лесли Корда
убедили Кэйла высадиться у одиноко торчавших скал, чтобы поискать у их
подножий, в зарослях морской травы, яйца скатов. С кормы шхуны спустили
шлюпку. В ней разместились трое научных сотрудников океанариума и пятеро
моряков с "Аргонавта" - низкорослые загорелые люди неопределенной
национальности. Степень их знакомства с английским языком была различной,
но они хорошо понимала слова команды, и можно было не опасаться, что,
когда один начнет гребок, другой станет сушить весла.
День выдался ветреный, и высокая тощая фигура Марби Кэйла в белом издали
напоминала большой обломок грот-мачты, по недоразумению поставленной на
шлюпку.
Это живое белое изваяние раскачивалось в такт движениям шлюпки, а его
спутники - люди более пропорционально сложенные, сидевшие на банке позади
него, выглядели двумя непомерно большими медными кнехтами, снятыми с
лайнера. Длинные пологие гряды волн то закрывали дощатую скорлупу
мутно-зелеными холмами от наблюдателей на "Аргонавте", то подбрасывали ее
на сверкающий под солнцем гребень.
- С началом отлива вернутся. Кому хочется застрять в рифах? - проговорил
шкипер Холт, опуская бинокль и обращаясь, по-видимому, главным образом к
самому себе. - Они недурно гребут, хотя этот простофиля Клюни, как всегда,
норовит нет-нет да и сцепиться веслом с Рюпи. - Холт непринужденно сплюнул
за борт и выбросил окурок, меланхолично проследив за его полетом. Он стоял
у правого борта в коротких шортах, босиком, его яйцеобразную вспотевшую
лысину прикрывала соломенного цвета панама.
- Когда, черт побери, он научится управляться с веслами? - сонно размышлял
шкипер.
- А по-моему, - ехидно заметил кок, человек добродушный, с юмором и всегда
несколько навеселе, - по-моему, они не столько гребут, сколько дурачатся.
Смотрите, смотрите! И вправду побросали весла... Вот потеха...
- Кому потеха, а кому и нет, - рассудил шкипер и критически смерил кока
взглядом: - Вот вы, к примеру, мистер Грегори, чему возрадовались?..
Дисциплина хромает, а вы довольны! Конечно, это не пассажирское судно и не
грузовое, а так что-то непонятное. Как говорится, черт те что!.. Потому
дисциплина и хромает. Уяснили для себя, мистер кок? - Потом, повернувшись
к борту и поднимая бинокль, добавил:
- Что такое с ними? И это в присутствии мистера Кэйла! Они впрямь
посходили с ума...
Свободные от вахты матросы собрались на палубе, а четверо взобрались на
ванты, чтобы лучше видеть. Оттуда они громогласно комментировали
происходящее на шлюпке.
- Если мистер Кэйл их не образумит, не миновать беды! - мрачно предрекал
грузный седеющий моряк с замысловатой татуировкой, протянувшейся от кисти
одной руки через грудь до кисти другой. Колоритные сцены из жизни
темнокожих островитян вызывали у разношерстной команды молчаливое
восхищение.
- Они не дети, но хуже детей! - прохрипел рыжий верзила с лицом, усеянным
синими точками от проникших под кожу порошинок. Он примостился на вантах
немного выше собеседника, и тень от его руки наискось рассекала голову