"Мэгги Дэвис. Аметистовый венец " - читать интересную книгу автора

брат. - Они забрали ее, чтобы вместе с ней творить свои нечестивые обряды
возле праздничных костров. Да и безумца похитили они. Ведь ведьмы и
безумцы - одного поля ягоды.
Отец Бертран снова фыркнул:
- Никакой он не безумец. Я знаю его еще по Парижу, мы вместе учились в
коллеже при Нотр-Даме.
- Вы знаете его? - раскрыв рот, переспросил писец. - Вы хотите сказать,
что знаете пленника, но никому об этом не сообщили?
Духовник пожал плечами:
- Для чего бы я это сделал? Сенред сильно изменился, в нем не осталось
ничего от того студента, которого я некогда знал. Тогда его звали le beau,
красавцем. Ты же сам видел, как он выглядит - настоящий золотоволосый
Аполлон. Он выделялся среди всех своим блистательным умом и горячим
характером. Мы все ревновали к нему Пьера Абеляра, особым благорасположением
которого он пользовался. Сначала даже думали, что он amour Пьера. Позднее
мы, однако, узнали, что Абеляр отнюдь не охоч до мужского пола, ибо когда он
влюбился, то влюбился в эту распутную девку - монахиню из Аржантея. И вот
тогда, да убережет нас всех от греха Иисус, все в его жизни пошло прахом.
- Втюрился в распутную девку? - Духовный брат вытаращил глаза. - И кто
же этот Абеляр?
Монах остановил взгляд на подъезжающем к ним рыцаре.
- Кто такой Абеляр? Пречистая Мария, совсем запамятовал, что мы
находимся на дальней окраине христианского мира, в этой варварской стране,
где царит невежество.
- Но я что-то слышал о нем, - попробовал оправдаться его собеседник. -
Не помню только, на каком поприще он прославился.
Несколько мгновений отец Бертран хранил молчание.
- Кто такой Абеляр? Бог, вот кто такой Абеляр! Когда я учился в Париже,
молодой нотр-дамский магистр был в самом расцвете славы. Своими черными
кудрями, стройным могучим телом он привлекал всеобщее внимание. Тогда ему
еще только шел четвертый десяток, но этот сын бретанского рыцаря, его
первенец, имевший все наследственные права, но отвергнувший оружие ради
философии, был уже прославленным ученым.
- Я слышал о нем, - сказал брат Эланд. - Только не сразу смог
вспомнить. Философ Абеляр.
Отец Бертран даже не расслышал его слов.
- В те времена мы толпились в своих аудиториях, сидели везде, даже на
подоконниках. Всякий, кто бывал в Иль-де-Франс и видел коллежи Нотр-Дама, не
мог не замечать школяров Абеляра, сидящих, словно вороны, на подоконниках.
Их зады торчали на всеобщее обозрение. На его лекции собиралась такая уйма
народу, что это была единственная возможность послушать его. Бог свидетель,
мы все слушали его как зачарованные. Великий учитель, великий оратор,
великий ум нашего времени. Это сказал сам папа.
Последовала недолгая пауза.
- Но теперь некоторые называют Абеляра воплощением Люцифера, -
пробормотал монах. - Ум поистине великолепный, но познать Бога можно только
слепой верой, а не проповедуя власть ума и учение Аристотеля. Церковь
порицает такой подход к религии. Они уже заставили его сжечь последнюю
книгу.
- Распутная девка, монахиня, - повторил брат Эланд.