"Харлан Эллисон. Покайся, Арлекин!" - сказал Тиктакщик" - читать интересную книгу автора

Харлан Эллисон

"Покайся, Арлекин!" - сказал Тиктакщик


Как паршиво сознавать, что невозможно узнать заранее, какие слова
высекут на твоем надгробии. Когда я сел писать об Арлекине и Тиктакщике, то
на самом деле сел писать апологию своему ужасному неумению ощущать время.
Подобные слова могут показаться тривиальным началом, когда речь идет о
рассказе, который был перепечатан сотни раз, еще раз тридцать или сорок
воплощен на сцене или в кино, и принес мне первые "Хьюго" и "Небьюлу".
Рассказ, ныне столь широко известный, что вошел в десятку наиболее часто
переиздававшихся на английском языке. А он теперь переведен и на русский!

Но вещи, наиболее близкие к природе человека, часто пополняют
сокровищницу литературы способами, которые невозможно объяснить. (Дэвид
Томсон сказал: "Когда нами движут самые глубинные мотивы, способность
объяснять покидает нас".) Когда человек вечно на пару дней опережает или
опаздывает даже на самые важные встречи, а потом страдает от оскорблений
тех, кто всегда приходит минута в минуту, это становится важным фактором в
жизни, если стараешься вести ее, уважая правила социальной вежливости. И
подобные столь тривиальные на первый взгляд особенности характера содержат в
себе гораздо больше страсти, чем ленивые трюки с сюжетами или характерами,
подпитывающие забавные пустячки, которые мы пишем, потому что они интригуют
нас как сюжетная возможность.
Этот рассказ печатался во многих хрестоматиях для колледжей, и за
долгие годы я уже потерял счет студентам, говорившим мне, что "Покайся,
Арлекин!" впервые дал им почувствовать, что такое гражданское неповиновение,
и что он приоткрыл (и более чем приоткрыл) для них дверь к социальной
ответственности. А это стоит больше любых и всяческих наград.

Харлан Эллисон


Всегда кто-нибудь да спросит: о чем это все? Для тех, кому надо
объяснять и разжевывать, кто хочет непременно знать "к чему это", следующее:

Множество людей служат государству не как люди, но, как машины, телами.
Это действующая армия, милиция, тюремные надзиратели, констебли,
добровольные дружины охраны порядка и т.д. Им редко приходится
руководствоваться собственными суждениями или нравственным чутьем; они
ставят себя в ряд с деревом, глиной, камнем; вероятно, можно изготовить
деревянных людей, вполне пригодных для тех же целей. Они вызывают не больше
уважения, чем соломенная кукла или комок грязи. Их ценят настолько же,
насколько ценят лошадей и собак. Однако именно они обычно почитаются
хорошими гражданами. Другие - большинство законодателей, политиков, судей,
министров и высших чиновников - служат государству преимущественно головой;
и, поскольку они, как правило, лишены каких-либо нравственных устоев, вполне
способны помимо воли служить дьяволу, как Богу. Очень немногие - герои,
патриоты, мученики, реформаторы в полном смысле этого слова и люди служат