"Василий Васильевич Ершов. Летные дневники: часть четвертая" - читать интересную книгу автора

влияет.
Пресловутые моральные качества летчика ведь вырабатываются не только
профессией. А вот востребованы они больше всего именно в профессии.
Когда тонул "Адмирал Нахимов" на Черном море, то там специалист,
отвечающий за пассажиров, за тысячу человек, одним из первых прыгнул в море,
влез на плот и отпихивал тонущих. Я таким дерьмом быть не хочу.
Я в себе уважаю и человека, и специалиста. Стараюсь жить честно,
правда, не всегда получается, иной раз от усталости и глупость сделаешь. Но
на место святого и не претендую.
Сами полеты, упоение и восторги в моих записях как-то незаметно
сдвинулись на задний план. Да, летаю, да, красиво, да, удачные, мягкие
посадки, да, иной раз неувязки, иной раз и обгадишься, сделаешь выводы, - но
это работа, одно и то же, мне за это деньги платят.
А на первый план выползает боль - за Аэрофлот, и за товарищей своих, и
за себя, и за пассажиров, и за народ наш, за страну. Как это назвать -
гражданственность, патриотизм, просто неравнодушие, - но оно меня гложет. И
абсолютно не гложет, что живу скромно, может, в чем-то хуже иных. Хватит нам
и этого.
То, что в записях пессимизм, - да все сейчас так думают, все мучаются и
ищут, и пока выхода не видно.

9.01. Сидение без дела развращает. В связи с моей годовой комиссией
экипаж мой выгнали в отпуск до 15-го. Я же прошел комиссию за день, теперь
вот сижу дома, пока мои ребята не выйдут.
Страна пьянствует, какая работа. Конечно, план свой мы налетаем и за
неделю. Такой вот наш зимний КПД.
Читаю книги, пишу, хожу, - вот и все заботы. Как хобби - готовлю обеды,
что моей семье очень нравится. Тщательно, от "Пролетарии всех стран,
соединяйтесь" до "Главный редактор..." пережевываю газеты.
Профэссор Васин зачал в "Воздушном транспорте" длинную статью о
безопасности полетов. Что я, рядовой пилот, почерпнул оттуда?
Что везде низкая технологическая дисциплина. Что нет взаимодействия.
Что профилактика заключается в улучшении воспитательной работы, повышении
персональной ответственности и повышении профессионального уровня. В
частности, этот уровень высокий - в стабильных экипажах. Ряд примеров.
Молодой бортинженер, погибший с Фальковым, за свои 180 часов налета поменял
38 экипажей. Еще ряд цифр. И вывод: высшее образование, при всей его
насущной необходимости, еще не спасает в экстремальной ситуации. Нужен
экипаж, слетанный, с нормальным психологическим климатом.
Много общих фраз о настрое, о неукоснительном выполнении. И наоборот:
где разгильдяйство, там жди беды.

Оставим пока статью. Поговорим о моем конкретном экипаже, о настрое и
пр. Васин, наверное, мечтает, чтобы каждый командир приложил его выводы к
себе. Потешим старика. Прикладываю.
Итак, мой экипаж.
Командир. Налетал 12000 часов с гаком. За все это время объективно: раз
выкатился за полосу, раз сел с недолетом до полосы (на Ил-14); раз сумел
развернуться на ВПП шириной 30 м, естественно, чуть выкатившись за обочину
(на Ил-18, но об этом никто не знает); раз зацепил БАНО за бетоноукладчик,