"Макс Фрай. Русские инородные сказки - 3" - читать интересную книгу автора

Она хранит молчание. За ее плечом, в самом конце коридора появляется
маленькое пятнышко света.

Одиночество Гриффита

Гриффит настолько привык, притерпелся, притерся к своему одиночеству,
что за годы совместного бытия придумал ему сотни кличек, ласкательных и
уменьшительных имен. Вечером он спьяну мог назвать одиночество "Мой
Одуванчик", но наутро оно начинало досаждать и бередить старые раны, в
отместку Гриффит обращался к нему не иначе как "Капитан Пенопласт, сэр".
Среди имен, придуманных им, фигурировали "Алая Роза" и "Старец Из Чайного
Домика", а наиболее употребительным стало "Sumsum" - от "я одинок,
следовательно - существуюсуществую" - формула, проверенная на прочность
житейским опытом.
В один прекрасный день он понял, что не так одинок, как ему, возможно,
хотелось бы, ибо относится к своему одиночеству запанибратски, холит и
лелеет его, как истинный самурай - грядущую погибель. Одиночество Гриффита с
годами сделалось антропоморфным, часто Гриффит отчетливо слышал его голос,
порой - ворчливый и брюзжащий, как у стареющей женщины, порой - напоминающий
голос отца, которого Гриффит никогда толком не знал и видел всего несколько
раз в жизни.

Соседи Гриффита

Иногда он заглядывает в комнату людей, которые живут в соседнем доме,
их окна - напротив его кабинета. Они сидят на диване, тесно прижавшись друг
к другу, - муж и жена. Полуоткрыв рты, как дети (наверное, взрослые способны
выглядеть так лишь под глубоким гипнозом), соседи Гриффита напоминают
персонажей древнего фантастического фильма о бесчеловечных экспериментах на
людях. Временами кажется: он может угадать, что видят в данный момент
соседи, - по тем смутным переливающимся образам, которые проецирует на их
лица телеэкран.
Эти лица все время немного меняются - как если бы по экрану то и дело
пробегала легкая рябь помехи. Иногда соседи улыбаются или смеются. Их черты
на мгновение искажает гримаса страха или ненависти. Но большую часть времени
на их лицах - выражение ожидания. Так человек на остановке, погруженный в
свои мысли, неотрывно смотрит в ту сторону, откуда должен придти автобус.

Комната Гриффита

Во сне он ловит падающие снежинки языком и считает - сколько удалось
поймать. Открыв глаза, первым делом тянется за карандашом, чтобы записать
результат на обоях у изголовья. Поверх выцветшего фабричного узора этот
участок бумаги испещрен цифрами, знаками, загадочными (возможно -
бессмысленными) фразами, рисунками, вблизи напоминающими наскальную
живопись, но издали кажущимися произвольным сплетением линий, пятен и точек.

Гриффит застилает постель

Поправить тут и там, подтянуть. Натянуть. Отбить. Пальцы порхают в