"Себастьян Жапризо. Убийство в спальном вагоне (Избранный французский детектив)" - читать интересную книгу автора

Часы показывали 6.05 утра.


СПАЛЬНОЕ МЕСТО № 223

Бенжамин-Бэмби-Бомба стояла на краю тротуара в своем синем пальто с
карамелькой во рту, с пустым спичечным коробком в руке, все еще ощущая на
губах вкус поцелуя, и слушала свистки поездов. И говорила себе, что ей все
обрыдло, обрыдло, обрыдло. Почему именно с ней должно было такое
приключиться?
Часы показывали чуть больше шести, она это заметила выходя. Она больше
не плакала - хоть это неплохо. Завтра ей придется вволю наплакаться, после
того, как господин Пикар скажет ей: вы очень милы, мадемуазель, вы грамотны
и расторопны, не сомневаюсь в вашей скромности и честности ваших
объяснений, но я вынужден вас уволить.
Господин Пикар не станет, конечно, разговаривать с ней таким тоном, но
ее все равно уволит в тот же день, как дуру, как тетерю, как изрядную
идиотку.
Даниель любил словечко "тетеря". Он говорил так применительно к
первому встречному, шоферу например: мол, встретил сейчас тетерю. Это могло
означать - психопата, тупицу, ветрогона, пустомелю.
Она больше не плакала, но глаза словно застилал туман, искажавший
очертания вокзала, стоянки машин перед ним, автобусов, направляющихся в
сторону площади Бастилии. Этот город, о котором она столько месяцев
мечтала, как дуреха, как набитая провинциальная тетеря!..
Завтра ее уволят. И отберут комнату. Все кончится даже не начавшись. А
всего три дня назад она мечтала, что будет жить в Париже, аппетитно
оскаливая при этом красивые зубки, которые дважды в день чистила "Селином",
настоящим медицинским дантифризом. В синем пальто, купленном всего месяц
назад, с красивыми волосами и ногами, синими глазами, которые разбивали
даже ее собственное сердце, когда она смотрелась в зеркало. Грамотная
расторопная девочка с дипломом школы Пижье, тремя платьями и тремя юбками в
чемодане и пятьюдесятью тысячами франков в сумочке.
И вот появляется этот Малыш, едва начавший бриться, баловень,
считающий себя седьмым чудом света, а всех остальных тетерями, не умеющий
сделать двух шагов, не наступив вам на ноги и не разодрав чулок, мой
малютка, моя радость, моя любовь, мой Даниель...
Затем она увидела себя в автобусе, который шел в сторону Бастилии, и у
нее спрашивали билет. К счастью, оказался один, как раз до Бастилии. Да, ей
все обрыдло, она пройдется пешком, неважно куда, со вкусом поцелуя на губах
и с карамелькой во рту и поплачет вволю. Никто не увидит ее слез. Он
разорвал три пары ее чулок. Я хочу умереть, клянусь всеми святыми, я хочу
умереть, если не увижу его снова.
На площади Бастилии, выходя из автобуса, размахивая пустыми руками,
потому что, убежав с работы в четыре часа, забыла там сумочку, она впервые
подумала: "А ведь я уже была тут, он находился рядом, все было ужасно и
чудесно, если бы мама узнала, она упала бы в обморок, но мне все равно, все
равно, тем хуже, я плачу".
Пересекая площадь, она плакала, как дура, тетеря" "плевать я хотела,
пусть не смотрят на меня", а площадь была огромная, черная и блестящая,