"Сергей Герасимов. И у тебя тоже был такой раньше (Цикл "Девять граней женщины")" - читать интересную книгу автора

- Подержи.
Вера взяла папку, а принц взял Веру на руки и понес. Полоумная
соседка с третьего этажа перестала смеяться над верыной одноногостью и
смотрела с завистью, вот как - Вера пказала ей язык. Принц поставил Веру
на краю лужи и посмотрел подозрительно. Вера ожидала совсем другого
взгляда, но не смутилась, потому что не умела смущаться и даже не вполне
понимала значение этого слова.
- Что у тебя в руке? - спросил принц.
- А, - Вера разжала кулачок, - это шарик.
- А ты не можешь положить его в карман?
- Нет, его нужно все время держать в руке, иначе он не будет
светиться.
Они познакомились и принц проводил ее к дому. Идти было всего
несколько шагов, поэтому они постояли в подьезде минут двадцать и перед
прощанием поцеловались. Вера Анатольская умела целоваться по-настоящему, с
прилипанием, так что кружилась голова. Дождик усиливался и по сценарию
принца следовало пригласить в дом, на что он и рассчитывал, но Вера
предпочитала вертеть мужчин по-своему.
- Я тебя буду называть принцем, - сказала она, - в детстве у меня был
мраморный дог Принц, красавец, почти как ты. Потом он попал под грузовик.
Не сразу умер, а как-то сошел с ума, перестал узнавать своих и глаза стали
чужие.
Они поговорили на более-менее скользкие темы и еще раз поцеловались.
- Ну еще последний раз, - сказал принц.
- Ту-ту, поезд ушел, - ответила Вера, - в который раз последний раз.
- Ты меня и не обняла по-настоящему ни разу. Ты все время держишь
шарик в руке.
Она положила шарик в карман курточки и продемонстрировала как она
умеет обниматься. Для того чтобы обниматься хорошо действительно были
нужны две руки.

Она простудилась и просидела дома почти неделю.Вера Анатольская
любила болеть потому что ценила свободное время, а у больного человека
свободного времени много. Каждый раз она ждала пока все уйдут потом
садилась за стол и открывала справочник Корна. Справочник по математике
для научных работников и инженеров. Пока другие девочки зачитывались
анжеликами, готовились к выпускным экзаменам, скучно прогуливали (что,
гуляете? - да, пытаемся - а куда идете? - не знаю, куда он, а я вперед),
Вера Анатольская врастала в математику.
Школу Вера переросла еще тогда, когда все учили квадрат разности, а
теперь колдовала над эрмитовыми формами и модальными столбцами, а от
попарно ортогональных собственных векторов у нее перехватывало дыхание.
Она давно успела победить на всяческих олимпиадах, и сделать тому подобную
чепуху. Математический лицей, куда ее приглашали два года подряд, не
волновал нисколько.
УНИВЕРСИТЕТ, само слово, было приятно для слуха. Как-то ее пригласили
посидеть на лекции и она была разочарована теми прописными истинами,
которые рассказывала жирная тетка в очках. Тетка скребла мелом, иногда
ошибалась, но не исправлялась, видя, что никто не замечает ошибок.
Студенты были глупы как пни, кроме нескольких, сидевших преувеличенно