"Бретон Ги. Женщины времен июльской монархии ("История любви во Франции" #8) " - читать интересную книгу автора

любовницу г-на Талейрана.
"Она была, - пишет Андре Жермен, - на несколько лет старше него; для
дебютанта в журналистике и политике связь с подобной женщиной можно считать
блистательным началом".
Разумеется, навыки, приобретенные Адольфом в постели дам Пале-Рояля,
привели очаровательную герцогиню в восторг. Как-то утром, после одной
особенно удачной ночи, она отправилась к своему дядюшке и принялась
нахваливать ум маленького провансальца, его эрудицию, уверенность в
суждениях и глубину политических взглядов.
Старый лис, конечно, сразу понял, какими скрытыми достоинствами
подогрет энтузиазм Доротеи. Однако, почуяв в этом честолюбивом и не слишком
щепетильном журналисте нечто, позволяющее сделать из него универсальный
инструмент для завоевания власти, Талейран заставил замолчать свою ревность.
К тому времени - речь идет о 1826 годе - Талейран тайно трудился над
свержением Карла X. Науськивая оппозиционную прессу, возбуждая ненависть к
власти, усиливая всеобщее недовольство, он очень надеялся снова изгнать
Бурбонов из Франции.
Маленький Тьер, владевший такой трибуной, как газета
"Конститюсьоннель", мог оказаться бесценным подспорьем. Талейран встретился
с ним, без особого труда соблазнил и сказал, улыбаясь:
- Однажды, господин Тьер, вы станете министром... Но для этого
требуется, чтобы Пале-Рояль переместился в Тюильри...
В Пале-Рояле жил Луи-Филипп Орлеанский, сын Филиппа Эгалите. Со своей
женой Марией-Амелией и двумя детьми Луи-Филипп вел вполне буржуазный образ
жизни. Так что намек бывшего епископа Отенского был совершенно прозрачен.
Для осуществления честолюбивых замыслов Адольфа Тьера следовало убрать Карла
Х и посадить на трон герцога Орлеанского...
Молодой журналист отлично понял, что ему следует делать, и чего от него
ждут. С этого момента с присущими ему эмоциональностью, остротой и, надо
признать, умом он начинает подвергать нападкам все решения, принимаемые
сменявшимися один за другим премьер-министрами Карла X. Журналиста узнала
читающая публика, двери салонов открылись перед ним, он стал популярным
полемистом.
В 1829 году, угадав, что в годы царствования монарха, приход которого
он подготавливает, буржуазия будет играть главенствующую роль и мало-помалу
займет место аристократии, Адольф Тьер подумал, что было бы разумно заранее
обеспечить себе поддержку среди представителей этого недоверчивого класса.
И он стал любовником мадам Дон, жены крупного биржевого маклера,
разбогатевшего на спекуляциях земельными участками.
Вот так, прикрывшись справа и по центру двумя очаровательными
женщинами, к тому же весьма неглупыми, Тьер не чувствовал ни малейшей
необходимости искать себе половину...

***

Мадам Дон приумножила состояние своего мужа, укладываясь на кушетку
чуть ли не со всеми банкирами того времени.
Это была женщина, что называется, с головой. Как достойная
представительница своего класса, здравомыслящая и педантичная, она вносила в
свою записную книжку имена всех любовников и ежемесячно подводила итог того,