"Анатолий Дмитриевич Голубев. Убежать от себя " - читать интересную книгу автора

отличном настроении, или после долгого отсутствия, или после позднего
возвращения домой, когда был отнюдь не безгрешен в своем отношении к
супружескому долгу. По тому, как с удовольствием откинула она свою и по сей
день, несмотря на возраст, красиво сидящую, с роскошными, но теперь густо и
часто подкрашиваемыми волосами голову, понял, что ей и сейчас приятно это
родившееся в лучшие годы подлинной близости, согласия и покоя прозвище
"мышь". Он бы ни за какие деньги не смог вспомнить, почему именно так назвал
когда-то свою жену и почему столь необычное прозвище это сразу и неколебимо
вошло в их быт, хотя любому здравомыслящему человеку со стороны казалось
нелепым.
Галина была видной женщиной, с крупными, но гармоничными чертами лица,
строгим носом с горбинкой, утопленным в мягких складках румяных щек,
чувственными ноздрями и плотными, сочными, полными жизни губами, которые
красили ее изящный рот, так сочетавшийся с черным, смоляным цветом волос.
Восприятие Галины памятью давних лет должно бы с годами стереться. Но,
глядя сейчас на довольно расплывшуюся фигуру, хотя жена и старалась всю
жизнь держать себя в форме, на ее лицо, так основательно тронутое
временем, - а если быть справедливым, то и его отнюдь не ангельским
характером: всякое случалось за эти годы, - Рябов как бы смотрел сквозь нее
и там, за одеждами долгих, по-разному прожитых лет, видел ту, прежнюю
Галину.
Все это пролетело в его мозгу, наверно, не так быстро, как показалось,
потому что оба смутились затянувшейся паузой. Как бы прося извинения за
что-то, добавил:
- Встал сегодня рано... Плохо работалось... По дому ничего не сделал, а
в сон клонит так, словно до смерти умаялся.
- Отдохнуть тебе надо, папуля, Не забывай - ты уже не мальчик!
- Это уж точно, - он наигранно весело похлопал себя обеими руками по
большому животу.
- Живот и у беременной молодой бабы растет. Не в этом возраст
сказывается. Сердце - оно ведь не железное, чтобы столько всякого и без меры
выдерживать...- она привычно заворчала. Другой бы раз он оборвал ее, но тут
сдержался.
"А ведь и впрямь сердце-то не железное. С него, наверное, сегодняшнее
настроение и начинается. Старею..."
- Да уж, годы человека не молодят! Просиди он хоть в стеклянной колбе
всю жизнь. Тебе ведь тоже нелегко было, - он прошел за женой на кухню,
глядя, как она неспешно, но сноровисто разгружает сумки с продуктами.
- Иметь мужа с таким сумасбродным характером - где уж о здоровье
думать? Лишь бы в доме ад не поселился - одна мечта и забота одна!
Он смотрел, как она ловко двигалась по кухне, успевая по-хозяйски
сделать десятки мелочей, на которые он бы настраивался, как на специальное
большое дело.
- Отношения, мышь, у нас с тобой всегда были простыми: ты правила
мясорубкой, а я - фаршем, из нее выжимаемым!
- Богатое воображение у моего муженька! Впрочем, как бы он руководил
хоккеем, имея умственную скудость...
- Воображение, мышь, дается человеку в качестве компенсации за то, чем
он не является, а чувство юмора - в утешение за то, что он собой
представляет!