"Анна Голубева. Освобождение от двоемыслия (Библиотека 'Огонек' 1990) " - читать интересную книгу автора

Главной частью в моей симфонии был огромный, черно-трагический
траурный марш. Он и послужил предлогом для нижеприводимого диалога.
После того как отзвучала последняя нота, установилась пауза. Раздался
вопрос:
- Тебе сколько лет?
- Двадцать шесть, Александр Васильевич... (Пауза.)
- Ты комсомолец?
- Да, я комсорг московского Союза композиторов... (Пауза.)
- У тебя родители живы?
- Слава Богу, Александр Васильевич, живы...
- (Без паузы.) У тебя, говорят, жена красивая?
- Это правда, очень... (Пауза.)
- Ты здоров?
- Бог миловал, вроде здоров...
- (Высоким и напряженным голосом.) Ты сыт, обут, одет?
- Да все вроде бы в порядке, Александр Васильевич.
- (Почти кричит.) Так какого же черта ты хоронишь?!

43

...Все было ясно. Я молча собрал пленку и партитуру и направился к
двери. Но чувствуя, что не могу оставить поле боя, даже не попытавшись хоть
как-то писк-нуть, задержался в дверях и спросил:
- А "право на трагедию"?
- Нет у тебя такого права!! Пошел вон!" -
- Это была середина 50-х, когда я в принципе благоденствовал: мои
произведе-ния звучали, а имя даже упоминалось в докладах в качестве надежды
отечествен-ного симфонизма. И тут я стал задумываться над тем, что делаю.
Понял, что все это очень не ново и мало чем отличается от моря окружающей
кабалевско-советской музыки.
Я стал искать секрет. Почему то, что делали классики, лишено всяких
признаков насилия над музыкой и стандарта? На поиски потратил два года. В
это время я не прикасался к нотной бумаге. Решился выбросить все, что
написал до тех пор, - 10 лет жизни. Нет, это не был стыд за детские работы,
детские я как раз оставил. А все остальное, понял я, просто не музыка. Я
писал как положено, потому что не знал ничего другого. Толком не знал
настоящей современной музыки! Вагнер долго был под запретом - считался
любимым композитором Гитлера. Малер числился формалистом, и я услышал его
впервые в возрасте 23 лет. Ну, а с музыкой Новой Вены, с Шенбергом,
Веберном, Бергом познакомился, когда мне было аж 27 - в 57-м году.
- Новая Вена потребовала перехода в Новую Веру, в Новый Век? Как это
произошло с вами?
- На концерте Глена Гульда, впервые исполнившего на гастролях в СССР
"Ва-риации" Веберна, я не был. Услышал эту музыку позже, в магнитофонной
записи. Долго смеялся - это казалось чудовищной нелепицей... Мне понадобился
целый год, чтобы научиться воспринимать это, а потом самому освоить принципы
новой композиции. Впервые я попробовал некоторые приемы серийной додекафонии
в своей 3-й симфонии. Это переходное сочинение, работая над ним, я понял:
вот то, что искал! С него я начинаю отсчет своей настоящей музыки.