"Юрий Яковлевич Яковлев. Трудная коррида " - читать интересную книгу автора

Юрий Яковлевич ЯКОВЛЕВ

Художник Б. А. Мокин



ТРУДНАЯ КОРРИДА

Нас было двое.
Потом нас стало трое.
Потом остался я один.

1

Есть друзья, которые засыхают, как листья. И, как листья, опадают. И
ты остаешься одиноким и голым, как облетевшее осеннее дерево.
Но есть друзья, которые делают тебя вечнозеленым. Они - твои вечные
листья. Даже когда идет снег. Это я про Гену.
Я вижу его так ясно, словно мы только что расстались: он сошел на
своей станции, а мне ехать - жить! - дальше. Но он так глубоко вжился в
мою судьбу, что как бы продолжает оставаться рядом со мной. Мой зеленый
лист.
Я узнаю о его приближении по звуку шагов, довольно громкому, дробному
звуку со сбивами. Задумался и споткнулся, оступился. Остановился -
засмотрелся на пепельно-розовую птицу - сойку - и потом наверстывает. И
ботинки у него всегда сбиты.
Я слышу его голос так ясно, словно он продолжает звучать во мне, не
замер. Мягкий у него голос, с шершавинкой. С шершавинкой, а мягкий.
Я слышу, как Гена говорит, хотя самого его рядом нет:
- Вчера мне исполнилось семнадцать лет. Теперь меня и Майю разделяет
всего пять лет. Мне семнадцать, а ей двадцать два. Когда мне будет
двадцать семь, ей будет тридцать два. А тридцать семь и сорок два - почти
никакой разницы! Пока же я должен изо всех сил догонять ее. Быстро
стареть. Кончить институт за три года. Экстерном! У меня есть хорошая
помощница - математика. Я уже решаю задачи за второй курс, а когда кончу
школу - буду решать за третий. Но главное, через год я уже не буду ее
учеником, буду просто знакомым. Я смогу позвонить ей по телефону и
пригласить ее... хотя бы услышать ее голос, поговорить с ней не о
логарифмах и радикалах.
Так рассуждал мой младший друг Гена. Такая у него была математика.
Но эта математика, без уравнений и равенства, вдруг перевернула его
жизнь с ног на голову. Всю жизнь Генка любил школу, теперь он стал ее
ненавидеть. Признайся он в этом, никто бы не поверил ему. Но это было так.
Я почувствовал.
Он стал ненавидеть длинные шумные коридоры, зал со шведской стенкой,
саму стенку, собственную парту. Стол. Ненавидеть учителей в первый день
после каникул и сами каникулы. Вчера любил, а сегодня возненавидел. Потому
что школа стала на пути его любви. Как селевая лавина душит речку, так и
школа. Ее древние незыблемые законы. Он - ученик, она - учительница. И
между ними стена, старая, облупившаяся, но крепкая. Майя Викторовна, Майя,